Введение в Ирреальность
(Latest 20 entries) (Calendar) (Friends) (Мой литраздел "Времена Зари") (User info)
Navigate: (Previous 20 entries)
Friday, November 11, 2011
Этот дневник был начат на LiveInternet.Ru, в конце 2005 года был скопирован на LiveJournal.Com, но через год перестал обновляться тут по техническим причинам.
Позже технические причины самоликвидировались, но возиться с дополнительным блогом не было особенного желания.
В июне 2009 года желание возникло.
Тексты за предшествующую пару лет были перекачаны сюда с сохранением соответствующей датировки. Поэтому к ним, как и к первым текстам этого журнала, здесь практически нет комментариев - они и впрямь были написаны в указанное время, но были написаны не тут.
Что ещё добавить?
Если вам не нравится используемый шрифт, в настройках Internet Explorer можно легко отключить его. Меню View или Service - затем Internet Options - кнопочка Accessibility - галочка напротив пункта Ignore font styles specified in Web pages - OK. Для русской версии IE последовательность иная: меню "Вид" или "Сервис" - "Свойства Обозревателя" - "Оформление" - галочка напротив пункта "Не учитывать шрифты, указанные на веб-страницах". Пользователям других браузеров советов не даю, поскольку они обычно более компетентны.
( Немного о тагах. )
Monday, October 26, 2009
— Мне кажется, что в России скоро произойдёт властной переворот, — задумчиво произнёс Кирилл, очищая арахисовый орешек. Перед ним стояла фаянсовая вазочка со свежеприпечёнными орехами и блюдечко для шелухи.
Оживившись, Стас повернулся к нему, закрыв книгу. Страницу, впрочем, он заложил пальцем.
— Думаешь, свергнут власть?
— Нет, — рассеянно ответил Кирилл, кинув орех в рот. — Нет. Думаю, что власть сама себя свергнет.
Брови Стаса приподнялись.
— Это как?
Поморщившись, он выключил офисный вентилятор. Чтобы стало тише. И потому что уже начало становиться зябко.
— Я понимаю, как. Я только не понимаю, зачем.
— Ну, это уже плагиат, — заметил Стас. — Ты не можешь объяснить словами, с чего это ты решил, что власть собирается себя свергнуть?
— Об этом говорит буквально всё. Скажи, ты пользуешься Интернетом?
Стас немного опешил.
— Разумеется. Ergo cogito sum. Существую, значит, пользуюсь Интернетом... Но к чему ты это?
— Тогда ты знаешь, что в Интернете уже несколько лет ведётся информационная война — нет, даже не война, поскольку война предполагает соразмерное участие сторон, — однонаправленная информационная атака противокремлёвской ориентации?
Стас некоторое время молча хлопал глазами.
— Ты что, из «Идущих вместе»?
Кирилл усмехнулся:
— Хороший вопрос. И он, что самое главное, лишь подтверждает мои подозрения. Скажи, когда ты в последний раз встречался в Сети с пропагандой в пользу Кремля?
— Хотя бы на прошлой неделе. Был один блоггер...
— Позволь, я угадаю, — перебил Кирилл. — Конечно же, это был полный идиот и даун, все доводы которого легко громились при помощи элементарной логики?
— А откуда ты знаешь? — удивился Стас.
— Интуиция.
Закинув в рот очередную пару свежеочищенных орешков, Кирилл поднялся с кресла и сделал несколько шагов по офису. Остановился перед вентилятором.
( Read more... )
Monday, October 19, 2009
Вовлечение человеческого индивидуума в магическую структуру первого или третьего кластерного порядка начинается с предоставления ему шаблона Другой Реальности.
Шаблон может быть сфабрикован индивидуально, если данный индивидуум является частью важного плана по вовлечению в магическую структуру других членов человеческого сообщества, или же принадлежать к разряду уже существующих — таких, как теософская схема многослойной Беспредельности, Роза Миров имени Даниила Андреева или сайентологическое учение Рона Хаббарда.
Шаблон может быть каким угодно.
Индивидууму можно внушить, что он раскрыл существование тахионного мира, вступил в контакт с Заразумом далёкого будущего или подключился ко всемирной компьютерной сети Древних.
Это неважно.
Роль шаблона — вовсе не в том, чтобы расширить истинные знания индивидуума о мире. И уж тем более не в том, чтобы дать ему правдивую информацию о предоставителях шаблона.
Шаблон Другой Реальности служит лишь для того, чтобы предоставить индивидууму внешне убедительное объяснение действия магии и дать ему метод для создания новых магических ритуалов. Благодаря этому индивидуум будет пользоваться непостигаемым, не задавая себе вопросов о его происхождении.
При этом он будет попадать во всё большую и большую зависимость от своего шаблона Другой Реальности, что предоставит широкие возможности для психологического манипулирования им. Если же прекратить практическую поддержку его шаблона Другой Реальности и этим вынудить его перейти на иной шаблон, повторив несколько раз последнюю процедуру, то можно при желании полностью уничтожить его представления об объективной действительности.
Указанное действие, будучи произведено требуемое количество раз в отношении всего человеческого сообщества, позволит безболезненно и гуманно остановить научно-технический прогресс на планете Земля, заменить единое и непротиворечивое представление об окружающем мире на горстку слабо стыкующихся между собой шаблонов Другой Реальности и предотвратить вычисленную компьютером угрозу военного противостояния между цивилизацией Земли и нашим сообществом в далёком будущем.
Третий Меморандум Злобных Зелёных Человечков.
Доктрина Захвата Земли. ZVVXI г. э.
Monday, October 5, 2009
История практически полного запрета психоактивных веществ в шестидесятых годах столь же печальна, сколь и таинственна.
Всё началось с секретных экспериментов над воздействием определённой группы реактивов на мозг, производившихся под эгидой 13-го отделения ФБР — к слову говоря, тогда занимавшего вовсе не массивный двенадцатиэтажный корпус с двумя батальонами охраны, а всего пару узких приземистых зданий типа сарая. Уже тогда было известно, что некоторые сочетания медикаментов обладают непредсказуемым воздействием на человеческую психику, изменяя свойства восприятия, памяти, воображения, причём не всегда в негативную сторону.
В обязанности исследовательской группы «Синий скунс» входило исследование воздействия психотропных препаратов на те свойства человеческого рассудка, которые принято именовать «паранормальными». С этой целью проводилось как тайное, так и явное взятие образцов крови и пота из организма практикующих йогов, прославленных экстрасенсов, никем не разоблачённых магов. Попытка выявить гормонально-пептидные различия между составом крови упомянутых лиц и составом крови заурядных обывателей даже в случае неуспеха основной программы могла многое дать медицине.
27 мая 1961 года дежурный испытатель Ротт Вейлер ввёл себе в кровь экспериментальное вещество DH-720.
Будучи продуктом многократных и длительных исследований, этот препарат должен был расширить способности индивидуума к прекогнистике. Тем не менее, поскольку предыдущие препараты линии DH оказывались неустойчивыми и иногда даже приводили к необратимому ущербу для мозга добровольца, точно ожидать нельзя было ничего. Никто и не ожидал серьёзного результата.
Но результат превзошёл все мыслимые прогнозы.
( Read more... )
Tuesday, September 29, 2009
К крытой двумя листами бордовой фанеры остановке причалил поднявший тучу брызг «Икарус».
Двери автобуса распахнулись, выпуская на ходу раскрывающего зонт упитанного человека с обрюзглым лицом, чей серый костюм был оснащён множеством карманов. Отделившись от потока входящих и выходящих, человек не стал вертеть головой по сторонам, как это свойственно некоторым после транспортного транса. Вместо этого он уверенной поступью, движимый отточенными за годы рефлексами, двинулся в сторону лесопарка.
Через этот лесопарк проходила траектория, отделяющая покинутую им автобусную остановку от дома.
Через этот лесопарк он проходил каждый день на протяжении последних пятнадцати лет, исключая праздники и выходные.
И собирался проходить в дальнейшем.
Человека в сером костюме звали Иван Иванович Иванов. Подобное имя при подобных фамилии и отчестве может быть лишь неудачной шуткой родителей — или регистратора, заполняющего пустые анкеты анонимно принятых младенцев в детдоме. Тем не менее эти имя, фамилия и отчество вместе взятые как нельзя лучше характеризовали нынешнее состояние их носителя.
Про таких как он обычно пишут: «В школе особо не выделялся». Про таких как он говорят: «Звёзд с неба не хватал, хотя и совсем придурком не был, если вы понимаете, о чём я говорю». Чтобы особо подчеркнуть серость жизни таких, как Иванов Иван Иванович, обычно упоминают отсутствие положительных и отрицательных отзывов в учебных заведениях, на местах работы и в общественных организациях.
Всё это ложь.
Чтобы стать по-настоящему серым, вначале надо побыть по-настоящему ярким.
И Иван Иванович когда-то отчаянно мечтал, чтобы с ним произошло хоть что-нибудь особенное — пусть даже ценой жизни! — зачитываясь соответствующей литературой и бредя о невозможном под звёздным небом. Потом мечты стали утихать, а собственная шкура, как вдруг с удивлением обнаружил Иван Иванович, стала всё плотнее прилипать к нему, становясь всё дороже. Чтобы наращивать дополнительные слои жира под этой шкурой, ему приходилось аккуратно соблюдать правила рабочего распорядка, внимательно следя при этом за возможностями карьерного роста.
И — вот ужас-то — со временем он стал обнаруживать, что ему нравится это. Появляться на работе ровно в восемь. Уходить около четырёх часов дня. Выслушивать шутки начальника и улыбаться его анекдотам. После работы усаживаться в кресле у компьютера с кружкой кофе в руке, посещая Башорг или Анекдоты.Ру.
Размеренность и предсказуемость.
( Read more... )
Saturday, September 12, 2009
Я не могу объяснить некоторые вещи. Я могу лишь рассказать о них — пусть и в отрывочной форме. Объяснять — не моя забота.
Чего это я?
Звучит, как предыстория к повествованию про какого-нибудь ожившего мертвеца или злобного космического пришельца, с которым случайно столкнулся рассказчик. Но со мной ничего подобного не происходило.
Что же произошло?
Сам не знаю. По-видимому, когда я ехал домой ранним утром в маршрутном такси, мой организм ни с того ни с сего принялся за выработку эндорфинов.
Трудно иначе объяснить произошедшее.
Все краски стали яркими. Как известно, в полутьме цвета воспринимаются ослабленно, но у меня вдруг возникло дикое ощущение, будто я их воспринимаю в их нормальной интенсивности — и это при том, что вокруг по-прежнему была полутьма.
Начиналось всё довольно невинно, с любования красками рассвета через оконное стекло. Но уже через несколько минут я ощущал себя так, что всерьёз задался вопросом: не содержит ли используемый в такси ароматизатор компоненту конопли?
Когда я вышел из маршрутного такси на свежий воздух, ощущение частично развеялось.
Чтобы вернуться в полной мере, когда я оставил дома пакет с вещами и вторично вышел на улицу ради традиционной ежеутренней прогулки.
Не буду приводить здесь приходившие мне в голову по ходу прогулки восхищённо-умилённые мысли. Скажу лишь, что гипотеза о том, будто во время поездки в такси меня убили и я нахожусь в виртуальном преддверии Рая, рассматривалась мною как вполне заслуживающая анализа.
Хотя были и иные версии.
Схожей степени правдоподобия.
Дошло даже до того, что мой параноидальный ум стал подозревать некую каверзу в этом странном приступе эстетического экстаза, ни с того ни с сего нахлынувшем на меня. Но чья это каверза — и какую цель она могла бы преследовать? Ведь в любом случае сегодня утром я не собирался делать ничего такого, от чего меня мог бы отвлечь эстетический экстаз?
Впрочем, начинался день действительно необычно...
( Read more... )
Tuesday, September 8, 2009
Тишина.
Тишина и покой.
Когда-то я мечтал работать в библиотеке. Точнее говоря, в центральной библиотеке Множественной Вселенной — быть может, когда-нибудь я опишу здесь своё о ней представление.
Чтобы иметь страховой полис на вечность. И бессчётное количество времени для знакомства с библиотекой.
Почему-то эта библиотека казалась мне довольно тихой. Хотя как могут царить тишина и покой в библиотеке, фактически находящейся на перекрёстке множества миров? Нет, не понимаю я свою прежнюю логику.
( Read more... )
Wednesday, September 2, 2009
По поводу магов в фэнтезийных мирах я крупно просчитался.
Мне интуитивно казалось, что если магия неким образом связана с воздействием внутреннего мира на внешний — воздействием intro на extro — то обладатель более развитого внутреннего мира получит при существовании магии преимущества, в результате чего на все общественные взаимоотношения фэнтезийной вселенной ляжет тень некоего высокого пафоса. И самые могущественные маги будут чем-то похожи на наших интеллигентов. И всерьёз будут задаваться проблемами Смысла Жизни, Свободы Выбора или Путей Творения.
Я ошибался.
Я забыл, что внутренний мир развивается у жителей нашей планеты как компенсация неладов с миром внешним.
Человек с высокоразвитым intro в нашем мире скорее всего окажется неудачником. И это окрасит его мысли и чувства в соответствующий цвет. Но этого не произойдёт в мире фэнтезийном, где intro — всего лишь инструмент воздействия на среду.
В фэнтезийном мире человек будет развивать intro не потому, что он хочет таким образом сбежать от действительности, а потому, что он хочет стать магом.
Если же учесть, что жизненные успехи часто отвлекают человека от возвышенных и абстрактных дум, то вполне вероятно, что даже неудачники магического мира — развивающие intro именно по причине своей неполноценности — быстро перестанут развиваться. Как только у них появятся хоть немного значимые магические успехи — вроде метания файерболов. И вряд ли даже самым могущественным магам того мира будет присущ эдакий горький пафос — свойственный обладателям высокоразвитого intro в нашем мире.
Печальное рассуждение, не правда ли?
Зато оно прекрасно позволяет объяснить неоднократно описанный в фэнтезийной литературе «эффект гостя» — когда пришелец с Земли, попав в волшебный мир, неожиданно оказывается там самым могущественным чародеем.
Это естественно.
В нашем мире нет магии. По крайней мере, нет магии, позволяющей метать файерболы и творить другие величественные дела. Домыслы о Пирамиде, на невидимую вершину которой взбираются лишь единицы из миллионов практикующих адептов, причём все как один выбирая для себя неизвестность и незаметность, я оставляю на совести их авторов.
В нашем мире intro индивидуума может развиваться без всяких помех в виде внезапно улучшившейся жизни.
Monday, August 31, 2009
Существует два подхода к познанию.
Есть подход прагматический. Позитивизм. С его точки зрения истинным признаётся всё, что работает, даже если оно косвенно противоречит само себе и другим работающим постулатам. Не соответствует логике? Тем хуже для логики. Фраза «У меня это работает» является лучшим доказательством истины и одновременно идентификационным знаком сторонника такого подхода.
Есть подход философский, стремящийся как минимум создать из знаний цельную систему, а как максимум — неким образом отразить Вселенную в своём уме.
Что следует понимать под «отражением», если даже нам очевидно, что нейроны мозга и объекты внешнего мира — они разные? И если даже если нейроны тут ни при чём, даже если и впрямь существуют какие-нибудь астральные вихри души, разве они могут всецело совпадать с явлениями внешней среды? Возможно, здесь следует иметь в виду некое структурное подобие, о котором очень трудно рассуждать, не попадая в замкнутые круги. И тем не менее очевидно, что между двумя квадратами есть некое физическое сходство, что «структурное подобие» — это не только абстракция, а значит, понятие «информации» тоже не полностью является лишь игрушкой нашего ума. В конце концов, если бы формы и структуры не существовали реально, Вселенная была бы серым размазанным пятном. В котором некому, нечем и незачем было бы мыслить.
В общем, цель философского подхода можно, конечно, назвать ерундой и блажью.
В свою очередь, прагматический подход можно назвать солипсистским, обесценивающим науку — или даже саму жизнь вообще.
Ведь за любым нашим актом планирования обычно лежит допущение о существовании Объективной Реальности. Ты не можешь предсказать наперёд падения яблок с дерева, если ты не допускаешь существование механизма, ответственного за падение яблок с дерева.
На основании одних наблюдений — наблюдений в чистом виде, не отягощённых теориями о «прямо непостигаемой внешней реальности», — нельзя вообще создать никаких теорий. При том, что жизнь каждого из нас, от рождения до неизвестной точки, всецело основана на теориях. Без теорий нельзя сделать ни шагу.
Если я иду в туалет, то у меня есть теория о существовании там унитаза — или, выражаясь предельно позитивистским языком, у меня есть «избыточное допущение о существовании некоего внечувственного механизма, который, когда я открою дверь туалета, заставит меня увидеть и впоследствии ощутить унитаз». Да, с точки зрения позитивизма такое допущение может быть признано избыточным.
Потому я и не сторонник позитивизма.
Впрочем, это ещё не оправдывает некоторые допущения религий и эзотерики, которые тоже иногда признаются «избыточными» с точки зрения позитивизма.
Ведь против них выступает не только позитивизм, но и критерий Поппера наряду с бритвой Оккама.
( Read more... )
Sunday, August 30, 2009
Вадим никогда не чувствовал себя столь отвратительным образом, как в тот вечер. Ему нагрубили, буквально нагадили в душу — и кто? Собственная горячо ценимая супруга? Высокопоставленное начальство? Он не мог сказать чётко, чьи уколы сильнее его задели, и это лишь усиливало и без того нарастающее чувство ненависти ко всему окружающему.
Спустившись с гранитных ступеней подъезда, он не стал здороваться с дворником Киргизовым.
Ненависть жарким пламенем клокотала у него внутри.
Случайным её объектом стал автомобиль, так некстати подъехавший к перекрёстку именно в тот момент, когда Вадим собрался пересечь улицу. Точнее, водитель автомобиля. «Ну давай же, мужик, — сквозь стиснутые зубы подумал Вадим, видя, как автомобиль притормозил у развилки дорог, — определяйся с выбором направления. Выбирай, а то проиграешь!»
Померцав поворотником, джип лиловой окраски повернул налево.
«Вы сделали правильный выбор! — продолжал мысленно юродствовать Вадим, вспомнив популярную некогда телеигру. — А-а-а-автомоби-иль!»
Следующим объектом ненависти стал мужик с двумя здоровенными барбосами-волкодавами, которых он еле удерживал на сдвоенном поводке.
Эти матёрые хищники давно успели стать достопримечательностью района, то и дело порываясь без видимой причины покусать всё вокруг себя. Обычно Вадим не уделял им особого внимания, но ныне его могло вывести из себя всё, что раньше заставило бы лишь осторожно напрячься. И он всерьёз задумался о том, какова будет реакция хозяина, если он попытается консервным ножиком выковырять у одной из собачек глазик.
Тут его на миг пробил озноб. Озноб возвращения в реальность.
«Нельзя злиться на людей, — подумал он, отчаянно пытаясь сохранить хорошую мину при плохой игре, удержать маску рафинированного интеллигентного человека перед самим собой. — На конкретных, единичных людей. Каждый из них — лишь часть системы, проводник цепного воздействия, подобно электрической пробке, которая может не пропустить ток лишь в том случае, если перегорит. Виноват ли водитель автомобиля в моих личных проблемах? Нет. Виновен ли в этом владелец этих вервольфов? Нет. Даже жену мою и директоров фирмы нельзя полноценно назвать виноватыми, поскольку у каждого из них наверняка имелись субъективно весомые причины, эти, как их, особые обстоятельства».
Он мрачно усмехнулся, припомнив фразу из старинного кинофильма. Начинал накрапывать дождь. Некоторые из прохожих стали раскрывать зонты.
У Вадима не было зонта, но ему было плевать.
Он ненавидел эту тусклую, серую реальность, в которой люди вынуждены причинять друг другу боль — ненароком, невзначай. Подобно тем дикобразам, пытающимся согреть друг друга в лютый холод, но в результате колющим друг друга своими иглами. Он ненавидел этих политиков с их законопроектами и войнами, неспособных направить свою энергию в более конструктивное русло. Он ненавидел этих олигархов и директоров транснациональных мегакорпораций — которые заправляют потоками мирового капитала и которые неспособны отдать хоть малую их долю на развитие жизненно важных для человечества направлений; по милости которых тысячи людей ежедневно остаются без работы, а другие тысячи вынуждены унижаться перед вышестоящими.
Он ненавидел устройство человеческого мозга, в силу которого книжная мораль навеки обречена оставаться книжной, а хорошие люди неспособны о чём-либо эффективно договориться между собой.
Он ненавидел школьное образование и детские мультфильмы, сборники сказок и дидактической литературы, невзначай приучающие человека к существованию книжной морали и к жизни в выдуманном идеальном мире.
Он ненавидел краткосрочность человеческой жизни и он ненавидел саму жизнь за то, что его впихнули в неё, не спросив согласия.
Он ненавидел систему в целом.
Он ненавидел мокрый асфальт под ногами и хмурое небо над головой.
( Read more... )
Friday, August 28, 2009
Никто не любит паразитов.
Тем не менее сама суть нашего существования - паразитирование.
Идея капитализма - паразитирование сильных над слабыми. Критериев "силы" пока касаться не будем. Идея коммунизма - всем вместе и сообща паразитировать на окружающем мире.
Мечта о Научно-Техническом Прогрессе - мечта о Великом Паразитировании на Природе. Мечта о магических успехах - мечта обнаружить у Природы особый нервный узел, куда можно укусить, чтобы получить неожиданно полный контроль над Природой и опять же начать паразитировать на ней.
Симбиоз - это осмотрительное паразитирование, попытка сделать его выгодным для жертвы. Чтобы та не возжелала впоследствии избавиться от паразита.
Что есть в этом ракурсе изучение законов природы, социальных закономерностей, поведения людей?
Поиск надлежащей точки для укуса.
Это нормально?
Это нормально, покуда дело ограничивается паразитированием на безответной и неодушевлённой среде, вроде окружающего нас материального мира. Он ведь всё равно не умеет говорить? Единственное, в чём состоит проблема, - это в том, что навыки паразитирования слишком универсальны по своей природе, принося пользу на первых порах и передаваясь по наследству потомкам. Это может привести к Великому Разочарованию, если окружающая среда окажется паразитируемой лишь до определённого предела - и не далее. Куда тогда будет направлен накопленный за десятки поколений великий дар паразитирования?
Tuesday, August 25, 2009
— …И запомните: мы никого не держим. Не нравится — увольняйтесь.
Андрей Николаевич недоуменно и как бы даже с лёгкой обидой уставился на красную телефонную трубку, словно она была в чём-то виновата. Из трубки послышались гудки.
Пожав плечами, он осторожно, словно боясь разбудить дремлющих в телефонном аппарате змей, положил её на место. После чего кинул взгляд в сторону стола — туда, где стояла недопитая кружка кофе и пишущая машинка с наполовину заполненным буквами бумажным листом.
Компьютерам он не доверял.
После того как последний из них в очередной раз сгорел вместе со всей размещённой на жёстком диске информацией, Андрей вышел из себя и начал искать по частным объявлениям обычную печатную машинку. С тех пор он не раз сожалел о своём выборе — особенно когда текст требовалось размножить или когда в него закрадывалась опечатка. Но зато он знал, что с текстом ничего не случится.
В данную минуту на листе белоснежной бумаги, аккуратно заправленном в пишущую машинку, находился текст незаконченного рассказа.
Фантастического, что характерно. Практически все рассказы Андрея были фантастическими. Не потому ли, что он ничего не умел и ничего не представлял собою в реальной жизни?
Наполовину заполненный буквами лист бумаги.
Незаконченное задание редакции.
Хотя есть ли теперь смысл его заканчивать? Теперь, после всех услышанных по телефону слов?
Обойдя кругом стол, Андрей облокотился на его полированную поверхность. Взгляд его безвольно блуждал по стенам комнаты, останавливаясь то на постере с Конаном-варваром, то на киноплакате из «Звёздных Врат», то на распечатанном скриншоте из игры Everquest.
«Бежать… — мелькнуло в его уме. — Бежать, иначе исчезну. Здесь все исчезают, так или иначе, рано или поздно. Бежать… но куда?»
( Read more... )
Saturday, August 8, 2009
Перечитал недавно один из романов Дика.
Частью фона было победоносное шествие Неумолимого Хаоса, Распада, Энтропии. Дик умеет талантливо изображать это. Кто знает, почему его так интересует - то есть интересовала - эта тема? Его герои постоянно сталкиваются с Неумолимым Хаосом в своих видениях или галлюцинациях, наблюдая увядание и размывание окружающего мира. В одном из его романов хаос даже был персонифицирован в виде отрицательного героя вымышленной религии - Разрушителя Формы.
Возможно, так повлияли на автора невесёлые мысли о неотвратимом приближении старости?
Не мне об этом рассуждать. Учитывая мою склонность к панике и паранойе, я, увидев первую возрастную складку на своей коже, вероятно, вообще утрачу рассудок.
Если доживу до этого. Трудно поверить, правда?
В романе, о котором идёт речь, герои значительную часть времени были мертвы. Вернее, они были после несчастного случая погружены в подобие анабиоза на остаток дней, поскольку медицина была не в состоянии иначе помочь им. При этом их разумы продолжали функционировать и могли телепатически взаимодействовать между собой, создавая иллюзорное подобие прежней реальности - хотя, как позже выяснилось, дело было не только в этом. Не помня о своей смерти, они продолжали считать себя живыми.
Между тем живым людям было непросто войти в контакт с теми, кто пребывал в анабиозе.
Сообщения из Мира Живых воспринимались "мертвецами" как таинственные знаки непонятного происхождения, будь то надпись на стене туалета или загадочное содержание газетной статьи. Или - странный текст телевизионной рекламы. Или - рисунок на подобранной бумажке.
Устами одного из персонажей там была озвучена довольно занятная реплика: "Мы одно целое с теми, кто находится по ту сторону. С полностью живущими. Пусть только словом - но они пробиваются к нам, мудрые, врачующие духи, вестники из подлинного мира".
Тут меня слегка передёрнуло.
Что, если мы находимся именно в такой ситуации? В принципе, большинство романов Дика именно к этому и сводится - мы никогда не можем быть уверены, насколько реально то, что нас окружает. Что, если мы лежим в ледяных саркофагах, будучи в каком-то мире уже мертвы?
Дело даже не в "Матрице" со всем её солипсизмом. Эта идея просто переворачивает вверх дном все мировые религии. Религии обычно паразитируют на человеческом чувстве чуждости окружающего мира, обещая верующему, что после смерти он - если будет себя хорошо вести - сможет вернуться в Естественную Среду Своего Обитания. Где можно быть свободным.
Но что, если всё наоборот?
Что, если мы были там до рождения - и никогда туда не вернёмся? Что, если наше пребывание здесь - и есть умирание? И присущее каждому из нас смутное чувство, что "мир неправилен", является вовсе не предчувствием попадания в Правильный Мир, а как раз напротив - смутными отголосками памяти о том, что уже не повторится?
Можно навыдумывать кучу экзотических теорий, начиная с расы невиданно могущественных энергетических созданий, которые из гуманизма не убивают своих преступников - или просто впадающих в маразм пенсионеров? - а вселяют их в плотные телесные оболочки, тем самым изолируя от своего общества и позволяя умереть самостоятельно. И все разговоры об ожидающей людей загробной жизни, о превращении куколки в бабочку, это всего лишь: "Конечно же, ты вернёшься обратно на работу в офис. Вот только отдохнёшь пару лет в пансионате для стариков и сразу же вернёшься. Ты ведь нам веришь?"
Можно помянуть уже не раз упомянутое мною человеческое чувство дисгармонии с окружающим миром - особенно сильное в юности. Можно вспомнить выражение "юношеский максимализм", под коим обычно подразумевается синдром Ланселота, что как бы намекает нам на не до конца исчезнувшие воспоминания об Ином Месте. Можно также назвать недавно приведённые мною забавные факты о фиолетовом цвете - ассоциирующемся у людей с мистикой и паранормальщиной - тяготение к которому у людей, оказывается, особенно сильно проявляется в детстве.
Но зачем?
На роль новой религии эта мысль не годится. Она отнимает у людей последнее, что у них есть, - надежду.
Thursday, August 6, 2009
Этим ранним утром небо было необыкновенно привлекательно.
Подумав так, я неожиданно поймал себя на мысли: а ведь дело лишь в слегка лиловой окраске. Даже не в лиловой окраске, а лишь в слабом намёке на неё, созданном проекцией алых восходных лучей солнца на голубовато-облачный фон.
Достаточно небу приобрести хотя бы самый дальний из оттенков фиолетового - и я сражён. Меня нетрудно обольстить. Интересно, почему фиолетовый цвет во всех своих производных так действует на меня?
И только ли на меня?
Ирреальность, некогда придуманный мною волшебный заменитель подпространства, гибрид Сумрака и Астрала, имеет фиолетовый цвет. Должна была иметь. По моей задумке. Этого не произошло, поскольку я так и не начал писать фэнтези.
В книге, написанной неким комитетом религиозных деятелей, озабоченных расцветом эзотерики и уфологии, приводился в качестве примера случай, когда "аномальные явления" и "неопознанные летающие объекты" принимали форму обычных земных автомобилей. Фиолетового цвета.
Помнится, в "Розе мира" утверждалось, что небо или светила демонических измерений излучают инфралиловый свет - нечто наподобие предельно насыщенного лилового. Правда, я к любителям подобных чтений не отношусь, и вообще не узнал бы об этом, если бы не недавно прочитанный мною роман Игоря Воронкина "Виртуальность" с обильно используемыми отсылками к "Розе мира". Даже забавно, что эпические произведения Головачёва и Звягинцева не заставили меня заинтересоваться "Розой мира", а наивный псевдо-киберпанковский роман - заставил. Впрочем, это может объясняться тем, что во времена моей увлечённости оными авторами у меня не было доступа к сетевым библиотекам.
С тех пор, как я прочёл тот роман и кусочек "Розы мира", я по-особому смотрю на фиалковые оттенки неба.
Разумеется, всё это - бред, и я уж точно не могу быть демоном, ностальгирующим по фиолетовым небесам преисподней. Демоны не ностальгируют по аду.
Но кто знает?
Пусть всё это выдумка. Пусть. Но не стоит ли за этим определённая психологическая закономерность?
( Read more... )
Wednesday, July 29, 2009
Разместил на экране изображение пылающего пламени в блюдечке. Из-за того, что исходное изображение в высоту было больше, чем в ширину, пришлось малость растянуть его. В результате блюдечко получилось вытянутым.
И языки пламени - тоже. Может ли огонь так гореть? Возможно ли это термодинамически - или аэродинамически?
Впрочем, какая разница? Будь у нас устроены чуть иначе глаза, мы бы наблюдали вокруг себя подобные огни с рождения и не видели в этом ничего необычного.
Правда, в этом случае наблюдаемые нами пропорции объектов изменялись бы при каждом наклоне головы. Интересно, замечали бы мы это? Или информация об этом отбрасывалась бы, ещё даже не дойдя до того психического центра, который мы зовём сознанием? Может быть, мы и без того видим все объекты искажёнными?
В какой-то степени наверняка - эффект перспективы тому порукой.
Случайно набрёл на ещё один дневник, из которого брызжет юной искренностью.
Эдакий сплав эксцентричности и безразличия, когда тебе как бы уже всё равно, но ты ещё не веришь сердцем, что другим тоже нет до этого дела. Синдром "главного героя", делающего вид, что он вовсе не считает себя "главным героем"? Нет, я не знаю, как это объяснить. Во мне ворочаются тяжёлые, рыхлые, дурно пахнущие воспоминания, но как только они всплывают хоть на сантиметр ближе к поверхности, мне хочется подойти к краю крыши небоскрёба.
Читая тот дневник, я подумал, что ни один "взрослый" не стал бы писать что-либо подобное. Это заведомо было бы классифицировано им как банальность. Не потому ли я люблю читать произведения ювенильного стиля?
Банальность - всё.
Что из этого следует? Закрыть рот на весь остаток жизни? Сочинять смешные, не претендующие на особую оригинальность, лимерики или комиксы - в зависимости от эпохи? Уйти в лузу узкой специализации - где, впрочем, ты тоже не сможешь проявить особой оригинальности, если только не являешься гением?
"Я не могу ходить по краю, я не могу - я лишь играю".
Борьба с эскапизмом ни к чему хорошему не приводит. Вспоминая некоторые эпические фэнтезийные произведения, я прихожу к выводу, что лучше уж эскапизм, чем "правильное осознание своих возможностей" или "понимание правды жизни". И ещё неизвестно, что лучше расширяет кругозор, если вспомнить некоторые мысли из некоторых упомянутых произведений.
( Read more... )
Sunday, July 26, 2009
Сколько времени надо падать с крыши N-этажного небоскрёба, чтобы твоё падение внесли в книгу рекордов Гиннеса?
Если физикам удастся обнаружить систематическое и ничем не компенсируемое нарушение законов сохранения, то мы будем считать это сбоем в аккуратной работе Матрицы или будем считать, что такая вещь как "законы сохранения" никогда не существовала?
Пожалуй, зря я завёл этот манускрипт.
Дневники.
Недавно перечитал "астральную трилогию" прославившегося именно ею писателя. Когда-то она была для меня воплощением излюбленного мною ювенильного стиля, к которому я также причислял некую дилогию о Ремесле и Искусстве, некую дилогию о превратившемся в вампира простом московском парне - а также трилогию о молодой паре, провалившейся в Мир Граней.
Такой стиль обычно не претендует на высокохудожественность.
Обычно он акцентуируется на юности персонажей, на их ещё не пострадавших от коррозии идеалах и смешных попытках следовать им, перевозя "волка, козу и капусту" в одной лодке. Иногда - авторской волей - последнее им удаётся. Подсознательно накапливая веру в неизменную достижимость подобных исходов, впоследствии читатель может начать считать циничными и аморальными людьми тех, кто предлагает разрубать гордиев узел с плеча и следует девизу "Цель оправдывает средства". Также произведения ювенильного стиля зачастую фокусируются на эмоциональных взаимоотношениях персонажей, ещё незнакомых с чувственным пресыщением и скукой.
Герои подобных романов редко склонны заворачивать мысли в многослойную обёртку. Но, даже если они и позволяют себе подобное, то осуществляют это в несколько своеобразном ключе.
Подобные произведения для меня - глоток свежего воздуха. При том, что я давно уже не разделяю вкладываемые в них максимы.
"Астральная трилогия" характерна тем, что при всей ювенильности её стиля в неё пытается просочиться взрослая угрюмость и взрослый цинизм.
Что связано с сюжетом.
Впрочем, несмотря на частую самокритику героя в адрес своей "прежней" инфантильности и романтизма, принципиально он к концу трилогии так и не изменился. Депрессия и физическая метаморфоза не в счёт. Достаточно сказать, что он, похоже, так и не принял идею "Цель оправдывает средства".
В "астральной трилогии" герой часто ведёт дневник.
Вопрос, зачем человеку, в жизни которого появилась масса интересных собеседников и масса приключений, тратить время подобным образом, по ходу дела не возникает. Приводятся банальные соображения по поводу "исповеди" или "всепонимающего друга".
Возможно, это тоже ювенильная черта. Желание отразить себя в зеркале. Подсознательная вера в собственную неповторимость. Кто у нас в киберпространстве активней всех ведёт дневники?
Быть может, это пагубная мода.
Дневник, укромно размещённый в ящике стола, не держит тебя на месте и не хвалит за каждое сказанное слово. Со временем ты можешь увидеть в нём аляповатость и крякозябры. С другой стороны, обрастя десятком-другим читателей в Сети, которые "и так хавают", ты можешь никогда не выбраться из стилистической ямы.
Friday, July 24, 2009
Эта игра не имеет чётко определённого жанра. По некоторым признакам её можно обозначить как 3D-шутер, по некоторым — как интернет-симулятор. Точнее, симулятор виртуальной реальности недалёкого будущего, в которую вам, как главному герою, и предстоит погрузиться.
Но отвлечёмся на миг от содержания и поговорим о форме.
Она, в смысле — форма, вводит в состояние транса почти с самого начала. Начнём с того, что к диску с игрой прилагается тёмно-лиловая коробка со специальным девайсом — настоящей виртуальной перчаткой с тактильной чувствительностью.
Строго говоря, он не является жизненно необходимым для игры, поскольку его работу можно эмулировать, а вместо запутанных фигур из пальцев использовать специальные сочетания клавиш. Но разработчики настоятельно рекомендуют этого не делать. Кибер-перчатка, по их словам, создаёт «атмосферу, неразрывно связанную с атмосферой самой игры». Познакомившись с игрой, нельзя с ними не согласиться.
Итак, что же происходит в мире, придуманном для нас фирмой Tetan Interactive?
На дворе — конец двадцать первого столетия. Вы — скромный водитель космических грузовиков между Землёй и Луной. Сей ответственный пост, по-видимому, упомянут для колорита, поскольку ни он сам, ни космическая экспансия человечества далее в сюжете не фигурируют, ибо действие происходит преимущественно на Земле.
Точнее — в Интернете.
( Read more... )
Wednesday, July 1, 2009
Перед сном пришла в голову одна мысль.
Мысль, могущая оказаться для кого-то важной. Как завершающая деталька паззла или как последнее слово кроссворда, который лично мне недостаёт воображения решить.
"Для этого кому-то необходимо иметь тот же запас странных параноидальных гипотез, что и тебе, - возражает внутренний голос. - Вероятно ли это?"
Вспомнив некоторых сетевых собеседников, я отвечаю:
"Вполне вероятно".
Есть парадокс, вытекающий из особенностей нашего восприятия. Парадокс, дающий пищу суждениям о разности духа и материи. Признайтесь, вы и сами не раз думали: "Нет, ну я не понимаю™ - каким образом серое слизистое вещество внутри черепной коробки может рождать мысли? Как можно быть уверенным, что электроны или ионы, бегущие по нервным путям, - это и есть мои мысли? Они ничуть не похожи на них".
В подобных рассуждениях нет ничего постыдного. Они так же естественны, как ежедневное посещение туалета.
Разумеется, к подлинному доказательству Разности Духа и Материи они имеют не больше отношения, чем рассуждение компьютера: "Как можно быть уверенным, что эти электрические изменения в микросхемах, за которыми я наблюдаю через внешние системы слежения, являются моими вычислительными процессами? Ведь подрагивание стрелок электрометров над этими микросхемами я наблюдаю через внешние системы слежения, а свои вычислительные процессы я всегда воспринимал изнутри. Как можно уверенным в тождественности того и другого?"
Как мы воспринимаем мир?
Двояко: через внешние органы чувств и через слежение за процессами собственного мозга. Педант мог бы заметить, что обработка информации от органов чувств также относится к мозговым процессам, поэтому следует уточнить, что под процессами второго рода подразумевается в основном работа с воспоминаниями не первой свежести и волевыми импульсами.
Эта двоякость естественна.
Было бы странно, если бы мы могли ощущать работу собственного мозга через глаза и уши, не правда ли? Даже если бы у нас вырос глаз на внутренней стенке черепа, мы бы просто ничего не поняли в наблюдаемом. Поэтому свои мысли мы ощущаем совсем иначе, чем картины внешних событий.
Человеческое "я" воспринимает себя изнутри совсем иначе, чем способно через цепь посредников воспринимать себя снаружи. Поэтому облик серого слизистого мозга с виду не имеет ничего общего с замечательным содержанием нашего внутреннего мира.
Что вовсе не говорит об их разной физической природе.
Интересно, что было бы, существуй где-нибудь во Вселенной существо, лишённое этой дуальности восприятия? Существо, восприятие которым своих - да и чужих - мыслей осуществлялось бы при помощи того же самого органа, что и зондирование внешней среды? Причём не в общем смысле - в общем смысле таким "органом" можно назвать и наш мозг - а в самом конкретном?
Таким существом могла бы быть, возможно, какая-нибудь разумная энергополевая система. Воспринимающая свои мысли, как и объекты окружающего мира, в виде цепочек электромагнитных полей.
Например, стихиаль из рассказа "Второе имя магии".
Будь мышление таких существ закодировано по одному и тому же принципу, они могли бы воспринимать мысли друг друга с такой же лёгкостью, как свои собственные или как объекты внешней среды. Разумеется, отсюда вовсе не вытекал бы всеобщий альтруизм и гармония. Понимание - это одно. Ценностная окраска - это другое.
В мире таких существ едва ли возникла бы идея психофизического дуализма, которой питались измышления стольких человеческих мистиков. Им бы не казалось, что мысль и материя - две совершенно разные вещи. Или что самосознание никогда не сможет быть создано кибернетикой.
Но интересно, как бы они воспринимали окружающий себя мир? Мир, где твои мысли отличаются от мыслей другого лишь отношением к ним? Мир, где живая мысль отличается от мёртвого объекта лишь степенью своей упорядоченности?
На ум приходит ещё одно понятие из арсенала наших мистиков.
Астрал.
Monday, June 29, 2009
Есть один вопрос, который немного меня смущает.
Что будет, если электрон и позитрон, падая в Чёрную Дыру и разогнавшись почти до световой скорости, столкнутся до пересечения гравитационного горизонта?
Напомню ключевые понятия:
1) Чёрная Дыра - объект, притягивающий вещи с такой силой, что для преодоления его гравитации требуется сверхсветовая скорость. Поскольку сверхсветовая скорость невозможна, то невозможно и справиться с притяжением Чёрной Дыры. На самом деле - можно, но только на достаточно большом от неё расстоянии. Пока считается неизвестным, существуют ли такие объекты в реальности, но в крайнем случае ничто не мешает нам попытаться создать их.
2) Гравитационный горизонт - та степень близости к Чёрной Дыре, по достижении которой ты уже не сможешь вернуться обратно, так как для этого тебе пришлось бы превысить скорость света.
Чем выше скорость тела, тем выше его энергия. Метеорит, разогнавшийся до тысячи километров в секунду, при столкновении с Землёй выделит гораздо больше кинетической и тепловой энергии, чем если бы он тихо и мирно опустился на земную поверхность со скоростью метра в секунду. Электрон и позитрон, разогнавшиеся до тысячи километров в секунду, выделят во вспышке аннигиляции больше энергии, чем если бы они шевелились со скоростью улиток.
( Read more... )
Saturday, June 27, 2009
Шарообразность Земли в сочетании с её гравитацией приводит к небезынтересному эффекту, который можно назвать "эффектом вершины".
Если забыть о неровностях рельефа и естественных преградах взору, любому человеку, сидящему на земле и осматривающемуся по сторонам, будет казаться, что все удаляющиеся от него объекты уходят куда-то вниз, скрываясь за линией горизонта.
Тот же эффект наблюдается в исторической перспективе.
В какой из вариантов Будущего ни заглянешь - везде видишь мрак, деградацию и мучительную неизбежность.
Все Пути Грядущего уходят куда-то вниз, скрываясь за горизонтом. Либо человечество утратит мораль, так как она эволюционно не нужна. Либо утратит свободу, так как она препятствует морали. Либо утратит саму жизнь как таковую.
То же относится и к Путям Прошлого. Тусклое средневековье, разобщённая античность, удушающий дым вавилонско-шумерско-египетских благовоний. Можно подумать, будто наш двадцатый или двадцать первый век - пик истории, неповторимый ни в прошлом, ни в будущем.
Иронично, не правда ли?
Я не могу досконально представить себе город, в котором живу. В нём есть множество улиц, по которым я никогда не ходил. Вероятно, по некоторым из них я никогда не пройду. Иногда, когда автобус везёт меня на работу или в Центр, мне хочется воскликнуть на полпути: "Остановите машину, я сойду!" Чтобы узнать наконец, реальны ли все эти видимые мною лишь из автобусного окна улицы, скрывается ли за ними хоть что-нибудь.
Я не могу представить себе страну, в которой живу. Хотя это не такая уж и большая страна. Относительно, разумеется.
Я не могу представить себе комплекс стран, в котором обитаю. То, что прежде называли Содружеством Независимых Государств. Хотя Интернет как будто позволяет представить себе общий психологический фон его обитателей, но неизвестно, насколько это представление репрезентативно. Кто имеет больше доступа к Интернету?
Я не могу всех понять. Кто все эти люди вокруг меня? Чего им всем от меня - и вообще - надо?
Мир - абстракция.
Возможно, у экстраверта, непрестанно путешествующего, вращающегося в гуще людей и сменившего кучу профессий, ещё есть шансы понять мир. Создать в своём уме хоть и упрощённую, но достаточно работоспособную его модель. У меня - нет.
Как можно спасти то, чего ты не понимаешь?
Как можно понять проблемы того, чего ты не понимаешь?
Скорее всего, все проблемы имеют естественный механизм своего возникновения. Скорее всего, нет никаких тайных сил, думающих о причинении вреда человечеству, как нет и Ктулху. Скорее всего, имеющее начало имеет и конец. Скорее всего, мы все умрём.
Но найти оправдание своему существованию, конечно, нужно.
Navigate: (Previous 20 entries)
|
|