Wednesday, September 2nd, 2009

О личной ошибке во взглядах на магические миры.

     По поводу магов в фэнтезийных мирах я крупно просчитался.
     Мне интуитивно казалось, что если магия неким образом связана с воздействием внутреннего мира на внешний — воздействием intro на extro — то обладатель более развитого внутреннего мира получит при существовании магии преимущества, в результате чего на все общественные взаимоотношения фэнтезийной вселенной ляжет тень некоего высокого пафоса. И самые могущественные маги будут чем-то похожи на наших интеллигентов. И всерьёз будут задаваться проблемами Смысла Жизни, Свободы Выбора или Путей Творения.
     Я ошибался.
     Я забыл, что внутренний мир развивается у жителей нашей планеты как компенсация неладов с миром внешним.
     Человек с высокоразвитым intro в нашем мире скорее всего окажется неудачником. И это окрасит его мысли и чувства в соответствующий цвет. Но этого не произойдёт в мире фэнтезийном, где intro — всего лишь инструмент воздействия на среду.
     В фэнтезийном мире человек будет развивать intro не потому, что он хочет таким образом сбежать от действительности, а потому, что он хочет стать магом.
     Если же учесть, что жизненные успехи часто отвлекают человека от возвышенных и абстрактных дум, то вполне вероятно, что даже неудачники магического мира — развивающие intro именно по причине своей неполноценности — быстро перестанут развиваться. Как только у них появятся хоть немного значимые магические успехи — вроде метания файерболов. И вряд ли даже самым могущественным магам того мира будет присущ эдакий горький пафос — свойственный обладателям высокоразвитого intro в нашем мире.
     Печальное рассуждение, не правда ли?
     Зато оно прекрасно позволяет объяснить неоднократно описанный в фэнтезийной литературе «эффект гостя» — когда пришелец с Земли, попав в волшебный мир, неожиданно оказывается там самым могущественным чародеем.
     Это естественно.
     В нашем мире нет магии. По крайней мере, нет магии, позволяющей метать файерболы и творить другие величественные дела. Домыслы о Пирамиде, на невидимую вершину которой взбираются лишь единицы из миллионов практикующих адептов, причём все как один выбирая для себя неизвестность и незаметность, я оставляю на совести их авторов.
     В нашем мире intro индивидуума может развиваться без всяких помех в виде внезапно улучшившейся жизни.
(9 comments | Leave a comment)

Saturday, August 8th, 2009

Из навеянного чтением Дика.

     Перечитал недавно один из романов Дика.
     Частью фона было победоносное шествие Неумолимого Хаоса, Распада, Энтропии. Дик умеет талантливо изображать это. Кто знает, почему его так интересует - то есть интересовала - эта тема? Его герои постоянно сталкиваются с Неумолимым Хаосом в своих видениях или галлюцинациях, наблюдая увядание и размывание окружающего мира. В одном из его романов хаос даже был персонифицирован в виде отрицательного героя вымышленной религии - Разрушителя Формы.
     Возможно, так повлияли на автора невесёлые мысли о неотвратимом приближении старости?
     Не мне об этом рассуждать. Учитывая мою склонность к панике и паранойе, я, увидев первую возрастную складку на своей коже, вероятно, вообще утрачу рассудок.
     Если доживу до этого. Трудно поверить, правда?
     В романе, о котором идёт речь, герои значительную часть времени были мертвы. Вернее, они были после несчастного случая погружены в подобие анабиоза на остаток дней, поскольку медицина была не в состоянии иначе помочь им. При этом их разумы продолжали функционировать и могли телепатически взаимодействовать между собой, создавая иллюзорное подобие прежней реальности - хотя, как позже выяснилось, дело было не только в этом. Не помня о своей смерти, они продолжали считать себя живыми.
     Между тем живым людям было непросто войти в контакт с теми, кто пребывал в анабиозе.
     Сообщения из Мира Живых воспринимались "мертвецами" как таинственные знаки непонятного происхождения, будь то надпись на стене туалета или загадочное содержание газетной статьи. Или - странный текст телевизионной рекламы. Или - рисунок на подобранной бумажке.
     Устами одного из персонажей там была озвучена довольно занятная реплика: "Мы одно целое с теми, кто находится по ту сторону. С полностью живущими. Пусть только словом - но они пробиваются к нам, мудрые, врачующие духи, вестники из подлинного мира".
     Тут меня слегка передёрнуло.
     Что, если мы находимся именно в такой ситуации? В принципе, большинство романов Дика именно к этому и сводится - мы никогда не можем быть уверены, насколько реально то, что нас окружает. Что, если мы лежим в ледяных саркофагах, будучи в каком-то мире уже мертвы?
     Дело даже не в "Матрице" со всем её солипсизмом. Эта идея просто переворачивает вверх дном все мировые религии. Религии обычно паразитируют на человеческом чувстве чуждости окружающего мира, обещая верующему, что после смерти он - если будет себя хорошо вести - сможет вернуться в Естественную Среду Своего Обитания. Где можно быть свободным.
     Но что, если всё наоборот?
     Что, если мы были там до рождения - и никогда туда не вернёмся? Что, если наше пребывание здесь - и есть умирание? И присущее каждому из нас смутное чувство, что "мир неправилен", является вовсе не предчувствием попадания в Правильный Мир, а как раз напротив - смутными отголосками памяти о том, что уже не повторится?
     Можно навыдумывать кучу экзотических теорий, начиная с расы невиданно могущественных энергетических созданий, которые из гуманизма не убивают своих преступников - или просто впадающих в маразм пенсионеров? - а вселяют их в плотные телесные оболочки, тем самым изолируя от своего общества и позволяя умереть самостоятельно. И все разговоры об ожидающей людей загробной жизни, о превращении куколки в бабочку, это всего лишь: "Конечно же, ты вернёшься обратно на работу в офис. Вот только отдохнёшь пару лет в пансионате для стариков и сразу же вернёшься. Ты ведь нам веришь?"
     Можно помянуть уже не раз упомянутое мною человеческое чувство дисгармонии с окружающим миром - особенно сильное в юности. Можно вспомнить выражение "юношеский максимализм", под коим обычно подразумевается синдром Ланселота, что как бы намекает нам на не до конца исчезнувшие воспоминания об Ином Месте. Можно также назвать недавно приведённые мною забавные факты о фиолетовом цвете - ассоциирующемся у людей с мистикой и паранормальщиной - тяготение к которому у людей, оказывается, особенно сильно проявляется в детстве.
     Но зачем?
     На роль новой религии эта мысль не годится. Она отнимает у людей последнее, что у них есть, - надежду.
(12 comments | Leave a comment)

Saturday, February 28th, 2009

Фэнтези или сказка?

     Я вот думаю: плохо или хорошо то, что в Советском Союзе не было фэнтези?
     Благодаря этому смог развиться дивный, зыбкий жанр фантастической сказки, привлекающей внимание самых разных возрастных слоёв. "Много хороших людей и один завистник" Каверина, "Солнечный мальчик" Поливина, "Королевство Восемью Восемь" и "Космическая горошина" Аматуни. Не так давно я окончил перечитывание последних двух повестей, и невольно задался вопросом: могло бы что-нибудь подобное появиться и в наши дни?
     Едва ли.
     Дело тут даже не в отсутствии общепринятой идеологии, от которой принято отталкиваться в сказках. В конце концов, за неимением советской идеологии, можно было бы использовать и околорелигиозную - как в произведениях Емца.
     Но проблема в том, что фэнтези склонно вытеснять собою сказку, препятствуя её развитию.
     В качестве контрпримера мне могут привести романы того же Емца или размещённые на "Самиздате" тексты Dark Window. Но много ли таких подвижников? Не говоря уже о том, что далеко не все адресованные детям тексты, рождённые в смутное время, содержат в себе пригодную для детей начинку.
     Говорят, что развитие сказочного жанра в Советском Союзе было сублимацией стремления к фэнтези.
     Возможно.
     В принципе, можно сказать, что и употребление алкоголя является сублимацией стремления к тяжёлым наркотикам.
     В чём отличие сказки - пусть даже сложной, деталистичной и психологически достоверной, как у Аматуни или даже у Шварца - от фэнтези? В том, что сказка не конфликтует с реальностью. Сказка с самого начала открыто признаёт себя сказкой.
     Фэнтези же неизменно претендует на описание реальности - пусть даже альтернативной. Для фэнтези мало приемлем договор: "Читатель, я тебе, конечно, вру, и мы оба это понимаем". Фэнтези стремится убедить читателя, хотя бы на время чтения, в реальности описываемых событий.
     Для утверждения придуманной реальности часто приходится сеять сомнение в реальности общепринятой, конвенционной.
     Чтобы утвердить своё - надо пошатнуть чужое.
     Вот почему герои фэнтези часто отпускают ехидную реплику в адрес технического прогресса - или в адрес теории эволюции Дарвина - или в адрес теории относительности Эйнштейна.
     Наука является наиболее популярным способом описания известного нам мира - мира без чудес. Чудеса, если они и происходят, пока не описываются ей. Поэтому жанр фэнтези, стремящийся хотя бы на эмоциональном уровне заставить читателя поверить в возможность колдовства или чуда, вынужден наносить удары по науке - прямо или косвенно.
     Нуждается ли в этом сказка?
     Разумеется, нет.
     Сказка может быть детской или почти взрослой, сказка может использовать в себе элементы научности или вообще обходиться без них - но при всём при этом она остаётся сказкой.
     Сказка не убеждает читателя в реальности Параллельного Мира за углом, где его непризнанный гений ждёт немедленное признание. Поэтому сказка не способствует зарождению в читательских умах эскапизма - исключая, возможно, умы самых младших читателей.
     Так что же лучше?

     В наш век не принято ставить вопросы подобным образом.
     В наш век принято считать, что никакого "лучше" не существует, а записанное в законах и древних мудрых книгах - лишь чей-то бред, навеянный курением неправильных мухоморов.
     Более того, сейчас не пользуются особой популярностью рассуждения о сравнительной "полезности" литературы. "Как? Литература должна ещё и быть полезной? Литература никому ничего не должна!" - оскорблённо заявит книжный фанат.
     Вообще понятие "должен" сейчас не пользуется особой популярностью. Некоторые современные психологи и философы начинают поговаривать о том, что чувство долга является следствием невроза и должно быть упразднено. Не правда ли, "я хочу" звучит гораздо приятней, чем "я должен"?
     И развлекательные функции Искусства сейчас ценятся гораздо выше дидактических или образовательных.
     "Если я захочу узнать период жизни протона, я открою учебник по физике". "Если я захочу повысить свою мораль, я схожу к священнику". Естественно, ни того, ни другого я делать не буду, но дело даже не в этом. Куда меня приведёт этот путь?
     Фэнтези, с его неизбежными чертами упомянутой оппозиционности науке и насаждения зёрен эскапизма, сейчас востребовано нами.
     Очень.
     В мире, где все мучаются тяжёлыми хроническими болями, был бы очень востребован героин - изначально создаваемый как обезболивающее. Но от этого он не стал бы более полезным.
(Leave a comment)

Wednesday, January 14th, 2009

О забавной технофэнтезийной асимметрии.

     Если вдуматься, то можно легко уловить некую тонкую асимметрию между обитателями вымышленных волшебных миров и обитателями миров высокотехнологичных - пусть даже тоже вымышленных.
     Суть этой асимметрии можно выразить просто: обитателю высокотехнологического измерения - далее "Т-мира" - обычно требуется существенно меньше времени на приспособление к магическому измерению или "М-миру", чем обитателю М-мира - на приспособление к Т-миру.
     Эта закономерность чётко выдерживается в фэнтезийной литературе.
     Вспомним наших бравых героев, неизменно попадающих в альтернативное Средневековье или куда-нибудь на грани Мирового Кристалла.
     Все они, включая ярых материалистов, после краткого периода отрицания изменившейся реальности с лёгкостью принимали Правила Игры и со временем достигали в ней высокого положения. Причём ярые материалисты зачастую умудрялись заработать дополнительные очки - именно за счёт своего ярого материализма - например, найдя научное объяснение магии, сумев применить знание термодинамики при создании файербола или отгородившись Стеной Скепсиса от враждебных чар.
     Теперь вспомним, к примеру, старика Хоттабыча.
     Помните его реакцию на кино и автомобили, трамваи и телефон, эскалатор и корабельные двигатели?
     Из более "серьёзных" примеров можно назвать архимага Креола, провёдшего несколько тысячелетий в магическом анабиозе и очнувшегося от него в наши дни. Несмотря на свою удивительную волшебную мощь, даже Креол поначалу был введён в изумление особенностями нашего мира.
     Речь не о том, что эскалатор или телевизор - великая вещь. Речь о том, что, ввиду произвольности технического прогресса, реалии Т-мира как будто являются менее предсказуемыми и более прихотливыми, чем реалии М-мира.
     Но нет ли здесь игры краплёными картами?
     Read more... )
(Leave a comment)

Sunday, December 7th, 2008

О снах, смысле сущего и нике одного автора.

     Почему никто не задумывался над тем, что псевдоним известной писательницы сюрреалистического фэнтези можно вольно перевести с исковерканного английского или немецкого как "Максимум свободы"?
     Хотя не исключено, что это выглядело чересчур очевидным. Слишком лежащим на поверхности.
     При этом над моралью героя продолжают иронизировать критики.
     Но ещё неизвестно, как бы повёл себя любой из них, став фигурантом мысленного эксперимента по предоставлению смертному Максимальной Свободы. Лишний довод в пользу того, что смертному нельзя её предоставлять? Не знаю. Мне кажется, что вне зависимости от наших желаний или нежеланий рано или поздно кто-то из нас её получит.
     Придуманный автором мир.
     Довольно странный мир, напоминающий клочковатую ткань сновидения.
     В снах часто встречаются отблески нашей действительности - в Мире Стержня есть люди, напоминающие известных киноактёров. И амобилеры. Этимология слова не объяснена, но это и не требуется, не правда ли?

     Странно - сны, какими бы страшными они ни были, неизменно кажутся более притягательными, чем явь.
     Всегда ли?
     Нет, я могу вспомнить некоторые кошмарные сны и цепочки снов, от которых я просыпался с облегчением. Но это - лишь потому, что явь была единственным надёжным убежищем от кошмара. А если бы я мог сбежать из кошмара в приятный сон, не рискуя, что он также станет кошмаром, то была бы ли у меня необходимость в пробуждении?
     Сны притягательны.
     Сами по себе - или лишь по сравнению с явью? Это важно выяснить, прежде чем я сделаю следующий философский вывод.
     Какой толк будет в этом выводе, и будет ли он вообще - отдельный вопрос. Ведь не в нашей власти превратить Мир Яви в Мир Снов.
     Даже если встать на идеалистические позиции и допустить, что Мир Снов автономен или вообще первичен, то следует также допустить, что раз Мир Яви существует - он для чего-то необходим. Если только не считать его своего рода "ловушкой для блуждающих призраков", на манер сайентологов или гностиков. Ироничная версия, не правда ли?
     Я сознаю, что повторяю путь мыслей, которым идут миллионы.
     Когда-то эти размышления казались мне оригинальными. Я не видел ни одного фантастического романа, где более или менее подробно затрагивалась бы эта тема, что немало удивляло меня.
     В действительности некоторые романы на эту тему существуют.
     Причина их малой численности, скорее всего, состоит в том, что большинство людей успевают "перегореть" размышлениями о Сне и Яви задолго до того, как садятся за клавиатуру. В результате чего эта тема начинает казаться им примитивной и неинтересной.
     То же, что и с раздумьями о смысле жизни.

     Хотя заниматься поисками смысла жизни ныне как будто немодно даже в молодёжной среде - напротив, модно провозглашать отсутствие "общечеловеческого" жизненного смысла.
     Но это во многом - вопрос терминологический.
     Смысл жизни - понятие общественное. Индивидуум в определённом возрасте склонен противопоставлять себя обществу и стремиться к независимости от него. Поэтому понятие "смысла жизни" не признаётся им. К тому же понятие Смысла Жизни многими отождествляется с понятием Творца, что в свою очередь уводит нас в дебри теологии и также способно вызвать неприязнь у стремящегося к независимости индивидуума.
     Но если взглянуть на поступки этого индивидуума - мы имеем тот же поиск смысла жизни, что и в более ранние века.
     Просто индивидуальный.
     Что касается меня - я не думаю, что разница между черепными коробками людей столь уж велика. Я думаю, что если бы штука наподобие Сверкающего Смысла Существования была на самом деле, она бы равным образом подходила для всех людей.
     Проблема в том, что никто не доказал реальность этой штуки.
     Сказать: "Человек стремится к удовольствию" - изречь тавтологию. То же самое, что сказать: "Человек стремится к тому, к чему он стремится".
     По постулатам энергоэволюционизма, определяющее стремление человека - стремление ко всем возможным ощущениям. Чем более ярким - тем лучше. Но всеобщее максимальное удовлетворение людьми этого стремления едва ли можно назвать совместимым с нормальным функционированием общества. На роль Сверкающего Смысла Существования это не подходит. Просто на роль Смысла Существования - годится.
(2 comments | Leave a comment)

Saturday, December 6th, 2008

Цель бытия в фантомирах, или Теодицея солипсизма.

     Задача смысла жизни во многом зависит от того, возможен ли в этом мире индивидуальный путь.
     Здесь пролегает одна из граней между sci-fi и fantasy.
     В воображаемых волшебных мирах фэнтези, где существуют магия и высшие силы, путь индивидуума потенциально неограничен. Ничто не мешает достаточно упорному и способному магу со временем сравняться в мощи с целым военно-промышленным комплексом технологического мира.
     Правда, сообщество магов всё равно должно быть сильнее отдельно взятого колдуна.
     Система сильнее индивидуума.
     Теоретически.
     Но в фэнтезийных мирах это соображение обычно игнорируется. Иногда автору удаётся придумать обоснование индивидуализма колдунов, будто бы мешающего им соорганизоваться в систему. Усилия создателей фэнтезийных миров направлены на то, чтобы индивидуум в этих мирах мог как минимум сравняться в силах с системой.
     Что касается технологических миров Научной Фантастики, которые обычно представляют собой гипертрофированную кальку нашего мира, то в них система неизменно превосходит индивидуума.
     Как и у нас.
     Иногда индивидууму удаётся решить судьбу системы - но в основном лишь за счёт авторского произвола.
     Как и в политических детективах.
     Очевидно, что в технологических мирах Научной Фантастики путь максимальной самореализации индивидуума возможен лишь при условии его, индивидуума, присоединения к какой-либо Системе. Поскольку лишь Системы в этих мирах располагают необходимым могуществом.
     Творчество в мягких или жёстких рамках той или иной идеологии - тоже присоединение к Системе.
     Можно пытаться творить вне русла одной и той же идеологии, но тогда это вряд ли изменит мир.
     Творчество само по себе - акт системный, коммутативный.
     Также очевидно, что в волшебных мирах фэнтези путь максимальной самореализации индивидуума вполне возможен и без присоединения к какой-либо Системе, хотя и ценой немалых трудовых затрат. Хотя в этих мирах также существуют Системы, и зачастую могущественнее Систем технологических миров, присоединение к ним не обязательно.
     Read more... )
(Leave a comment)

Sunday, November 23rd, 2008

Власть непознанного, или Чтением навеянные мысли.

     Перечитывал сборник произведений Ли Брэккет.
     Начал со "Шпаги Рианона" - давным-давно прочитанной мною в детстве и вызывающей ощущения "дежа вю" на каждом перечитываемом абзаце. Затем перешёл к позже прочитанным - и хуже сохранившимся в памяти - произведениям.
     Для тех, кто не знает: стиль Ли Брэккет - нечто наподобие научного фэнтези.
     Действие её книг обычно разворачивается на других планетах нашей Солнечной Системы, описание которых отличается от традиционного. К примеру, на описываемом ею Марсе можно дышать без кислородной маски.
     Временем действия обычно служит недалёкое будущее. Земляне ещё не успели забыть текущую историю, но уже успели заняться исследованиями соседних миров.
     В чём состоит фэнтезийная компонента?
     Во-первых, в частом присутствии существ с экстрасенсорными способностями. Во-вторых, в наличии артефактов, произведённых древними сверхцивилизациями Солнечной Системы. Эти артефакты немногим отличаются от магических, а их создатели - от богов.
     Что?
     Нет, не "хи-хи".
     Произведения Ли Брэккет были написаны ею в середине двадцатого века. Некоторые - чуть раньше. Некоторые - чуть позже.
     Задолго до киноэпопеи Лукаса. Задолго до того, как словосочетание "научное фэнтези" успело стать точно таким же штампом, как и все остальные.
     Имеет ли это значение?
     Сказать сложно. Как читатель, я неоднократно замечал, что книги, первыми пробивающие стезю в некоем определённом направлении, как бы обладают некоей неощутимой аурой, которую редко удаётся приобрести их подражаниям. Самовнушение? Иногда во мне пробуждается интерес даже к произведениям не самой оригинальной тематики, поскольку по чему-то неуловимому в расстановке слов и предложений ощущается, что автор не скопировал эту тематику из общедоступных источников, а независимым образом умудрился придумать её.
     Я не знаю, выдержали бы ли произведения Ли Брэккет конкуренцию с произведениями современных маститых авторов. Честно говоря, я и не стремлюсь это узнать - так же как не стремлюсь узнать, выдержали бы ли эту конкуренцию братья Стругацкие.
     Иногда мне кажется, что литература с течением времени деградирует.
     Иногда - наоборот.
     Сделать правильный выбор между этими мнениями кажется затруднительным, поскольку публика меняется одновременно с писателями.
     Единственное, что я могу сказать, - это что произведения Ли Брэккет, благодаря ауре первородства или сами по себе, обладают особым магнетизирующим эффектом, погружая в свой мир. Может быть, это чисто субъективный эффект, связанный с прочтением мною "Шпаги Рианона" в детстве? Может быть. Но я не уверен, что то же самое произошло бы при перечитывании мною произведений о Конане-варваре.
     И ещё я с удивлением понял одну вещь.
     Оказывается, в принципе познаваемые вещи - познаваемые, но не тобою, - могут пугать не слабее, чем полностью непознаваемая магия. Или даже сильнее.
     Почему?
     Потому что к эффекту непонимания добавляется эффект унижения: кто-то другой понимает принцип этих явлений, а тебе остаётся лишь бессильно облизываться?
     Или потому что тенденции, неизвестные тебе, но объективно существующие и познаваемые кем-то другим, могут быть обращены против тебя?
(Leave a comment)

Saturday, October 18th, 2008

StarCraft или StarWars?

     Знаете, до меня лишь недавно дошло, что протоссы - это джедаи.
     Посудите сами, у них есть энергетические клинки, они пользуются светлой и тёмной стороной Силы, следовательно - чистой воды последователи Люка Скайуокера в натуральном виде. А раз протоссы - джедаи, то вполне очевидно, что тёмные храмовники с Шакураса - ситхи.
     Возможно ли, что владычицу Рашагаль из тёмного клана точнее было бы назвать Дарт Рашагаль?
     И почему корпорация Blizzard решила скрыть это от нас? Может быть, она опасалась судебного преследования со стороны Лукаса and company? Теперь мы едва ли это узнаем.
     Не менее интересен факт эволюции применения Силы с течением тысячелетий. Нам известно из классической эпопеи Лукаса, что первоначально джедайские лазерные клинки были чистейшим воплощением техники и могли применяться даже далёкими от экстрасенсорики обывателями. В то же время в известном нам компьютерно-игровом мире джедаи и ситхи оперируют "псионными клинками", по всей вероятности если и не представляющими собою Силу в чистом виде, то функционирующими лишь благодаря ей. Подобный клинок имеет ряд преимуществ уже хотя бы потому, что его нельзя отнять у джедая. Им не может пользоваться непосвящённый. И он явно обладает перечнем дополнительных возможностей, что так блестяще продемонстрировали нам на ряде Церебрейтов тёмные храмовники.
     Кроме того, если в далёкие времена в далёкой галактике Сила применялась в относительно узком диапазоне - улучшение реакций, повышение чувствительности, телекинез, левитация, гипноз, общение с усопшими - то в наши дни и в нашей Галактике она применяется гораздо шире.
     Создание и поддержка функционирования строений? Программирование управляемых галлюцинаций? Энергетическая буря для массового уничтожения сил противника? Прямой перехват чужого разума?
     Это заставляет нас предположить, что времена событий киноэпопеи Лукаса отделены от времён событий игры StarCraft даже не тысячелетиями - миллионами лет. За это время джедаи вполне могли как измениться биологически, так и приступить к сверхдальнему освоению Космоса.
     "Как это согласуется с каноном?" - спросит иной читатель. Действительно, ведь из легенды, подсунутой каждому игроку в StarCraft, мы знаем, что протоссы были созданы древней и мудрой расой Ксел'Нага, что означает "Пришедшие Издалека". Но задумайтесь: из какого именно "далека" пришли Ксел'Нага?
(Leave a comment)

Friday, September 26th, 2008

К вопросу о плагиате.

     Когда, по идее, следует карать за плагиат?
     Замечу, что под "плагиатом", не вдаваясь в юридические тонкости, я подразумеваю здесь попросту "присвоение чужой концепции". В то время как под словами "по идее" я подразумеваю соответствие элементарным этическим критериям.
     За плагиат, по идее, следует наказывать в тех случаях, когда автору нанесён материальный или нравственный ущерб, причём как прямого, так и потенциального характера.

     Что значит "материальный ущерб"?
     Допустим, что Вы опубликовали чужую рукопись и получили за это деньги, вследствие чего их теперь не получит автор.
     Это - материальный ущерб. Причём ущерб потенциальный, поскольку речь идёт о деньгах, которые мог бы получить автор.

     Что значит "моральный ущерб"?
     Допустим, что Вы опубликовали чужую рукопись под своим именем, вследствие чего автор не получит причитающейся ему славы.
     Это - нравственный ущерб, причём опять же потенциального типа.
     Но возможен и прямой нравственный ущерб. Каким образом? Например, если Вы использовали личную идею автора в своих целях и осуществили это намеренно оскорбительным образом. Замечу, что из факта намеренного оскорбления ещё не вытекает Ваша вина, поскольку Ваше оскорбление могло иметь сугубо ответный характер. Поэтому расследованием подобных случаев должны заниматься органы юстиции.

     Так, по идее, должно быть.
     В мире идеальной справедливости и хрустальных дворцов, где на Марсе цветут яблони, а принцессы не посещают туалет.
     Но что мы имеем в реальности?
     Нелепые в своей серьёзности судебные процессы и агитационные компании против всевозможных подражателей циклу о мальчике-волшебнике.
     При этом никто не может, да и не задаётся целью дать ответ на прямой вопрос: какой конкретно ущерб нанёс Дмитрий Емец или Жвалевский с Мытько госпоже Джоан Роулинг? Материальный? Или нравственный? Может быть, Джоан Кэтлин Роулинг сама собиралась написать серию о Тане Гроттер, но Емец опередил её и тем самым отнял у неё дивиденты? Нет?
     Происходящее не выглядело бы столь смехотворно, если бы удалось доказать, что читатели серии о Тане Гроттер не покупают в дальнейшем книги про Гарри Поттера. Но практика показывает нам, что читатели выбирают ту или иную серию в соответствии со своими вкусами, а значительная часть читателей читает обе серии одновременно.
     Быть может, критики возмущены самим фактом клонирования идей?
     Но если читатели покупают так называемую серию-клон, следовательно, она не является стопроцентным клоном. Иначе люди не обращались бы к клону при наличии оригинала.
     Кроме того, что плохого в клонировании идей? Если данное занятие не приносит никому ущерба и насыщает потребности общества?
     А если бы потребность общества в данном занятии была уже насыщенной, оно бы не приносило дохода.
     Пусть растут все цветы.
(Leave a comment)

Thursday, September 18th, 2008

С паранойей о фэнтези.

     Я вам говорил, что я думаю о фэнтези как о жанре? Да наверняка говорил, причём даже не раз. Но вы могли и забыть об этом.
     Первоначально - много лет тому назад - моё отношение к фэнтези было преимущественно снисходительным. По крайней мере, мне теперь так кажется. Хотя в то же время я помню, как зачитывался похождениями Конана-варвара и создавал в собственном воображении фэнтезийные сюжеты, где главный герой попадает в хайборийский мир и создаёт там развитую империю с магической экономикой и удобствами для населения. Под условным названием "Азерот".
     В Warcraft я тогда не играл, но читал об этой игре.
     Впрочем, особого значения это не имеет. Магия тогда была для меня не более, чем заменителем техники, способом обеспечения сладкой жизни - без эдакого специфического "волшебного" флёра.
     Помню, как - ещё в раннем детстве - спорил с родителями, разъясняя, почему "Заповедник сказок" Булычёва не расценивается мною как вполне полноправная часть цикла об Алисе.
     Потому что там присутствуют вещи без логического объяснения.
     Волшебство.
     И помню, как отец в ответ пытался мягко возражать: "Но ты ведь не знаешь точно, как устроена та же шапка-невидимка. Может, у неё внутри тоже что-то есть, что заставляет её действовать по законам природы".
     Эту версию я на всякий случай занёс в список. Хотя и не имел ни малейшего представления о том, каким образом в Легендарную Эпоху могли создать столь компактную и эффектную технологию.
     Да и какая разница?
     Позже в моём отношении к фэнтези сыграли свою роль произведения юмористически-славянского жанра.
     Но принципиально и они ничего не изменили. Фэнтези осталось для меня утилитарным жанром, роль которого сводится единственно лишь к воздействию на читателя.
     Когда я сочиняю нечто в жанре научной или хотя бы не слишком антинаучной фантастики - я мечтаю и всецело отдаюсь Крыльям своей Мечты. Когда я сочиняю нечто в жанре фэнтези - я думаю о том, как бы мне развеселить или озадачить аудиторию.
     Read more... )
(Leave a comment)

Sunday, August 3rd, 2008

О литературе, виртуальности и разотождествлении с собой.

     Вспоминается теория об одной из причин любви людей к книгам.
     Художественные книги, как и вообще многие художественные произведения, позволяют человеку мысленно разотождествиться с самим собой. Поверить, что жизнь можно выбрать - подобно книге на полке. Поверить, что вот эта лежащая на диване "тушка" с книгой в руках - всего лишь один из возможных вариантов выбора.
     Поверить, что ты можешь быть другим.
     И грустно удивиться, закрывая книгу про звёздных королей: "Почему я по-прежнему школьник Федя Зайцев, а не вольный барон созвездия Геркулеса? Почему каждый раз при закрытии книги меня выносит обратно в то же тело и в ту же жизнь?"
     Эскапизм?
     Вообще-то верно.
     Однако именно этот эскапизм лежит в основе альтруизма и большинства гуманистических концепций.
     Человек в некотором роде верит, что другие люди - это как бы он сам. Что существование человечества в будущем - продолжение его собственного существования. В футурологических рассуждениях о судьбе человечества после двадцать первого века задействован тот же психический механизм, что и в грёзах любителя фантастики.
     И даже я сам - почему я об этом рассуждаю?
     Будет ли этот текст опубликован, неясно. Но задней мыслью я не могу не надеяться, что он принесёт кому-нибудь пользу.
     А это означает - что? - что временно я как бы выхожу за пределы самого себя и становлюсь тем самым "кем-нибудь", кому этот текст может принести пользу. Иначе зачем бы мне к этому стремиться?

     Иногда говорят об опасностях виртуального мира.
     О том, что возможность в любой момент нажать кнопку "Выход из чата" порождает вредные привычки в общении с окружающими, которые потом могут перейти и в реальную жизнь. О том, что безымянность и анонимность Интернета могут приучить к безнаказанности. О том, что возможность в любой момент уничтожить свою старую личность и за несколько минут создать новую приучает к лёгкости отношений и отсутствию слежения за собой. О том, что компьютерные игры с возможностями "сохраняться" и "загружаться" делают человека безалаберным.
     И мне делается смешно.
     Они не думают о том, что возможность регулировать громкость телевизора и в любой момент переключить канал на приятную передачу способна вызвать соответствующее отношение к собеседникам в реальном мире?
     Их не беспокоит, что существование всей художественной литературы в целом с детских лет приучает героя к идее дихотомии "Я/мир", причём исподволь внушает неосознанную веру в собственное перед миром преимущество?
     Они не думают, что компьютерная игра с возможностью самостоятельного выбора действий гораздо менее опасна для мышления человека, чем книга, ведущая читателя по сюжету? Книгу тоже при желании можно перечитать, так что эквивалент "сохранения" и "загрузки" в ней имеется. А вот самостоятельный выбор - отсутствует.
     Известен ли нам полный список людей, пострадавших от этого?
     Отнюдь.
     И едва ли нам когда-нибудь станет известен этот список, поскольку мы не умеем просчитывать человеческие судьбы. Вполне возможно, что миллионы политических лидеров и великих изобретателей так и не приобрели известность в упомянутом качестве, поскольку были с ранних лет приучены литературой к ложным правилам реальности.
     Оппоненты могут возразить, что литература приносит не только вред, но и пользу. По сути, она создала человечество в существующем его виде.
     И возразить на это нечего. Хотя едва ли можно с уверенностью утверждать, что без сказки о Гаммельнском Крысолове человечество не сумело бы заселить планету и выйти в космос, однако факт остаётся фактом - литература не только внушает каждому рождающемуся человеку ложное представление о правилах реальности, но и попутно вкладывает в его мозг установку на альтруизм. Ту самую психическую программу, сбой которой заставляет любителя фантастики удивляться, почему он до сих пор не звёздный принц. Программу отождествления себя с окружающими.
     Очевидно, что без неё человечество бы не существовало.
(Leave a comment)

Sunday, May 25th, 2008

Об образе Призрачного Гонщика.

     Сюжет кинофильма "Призрачный гонщик" мне не за что похвалить. Даже для комикса он выглядит довольно примитивным.
     Спецэффекты меня тоже не особенно прельстили.
     Может быть, по той причине, что я смотрел фильм в низком качестве. Может быть, по той причине, что я вообще не поклонник этого аспекта кинофильмов. Хотя я предпочитаю, чтобы игрушечность космических кораблей и чрезмерная гладкость анимированных компьютерных небоскрёбов не бросались уж слишком в глаза, но этим мои требования к спецэффектам и ограничиваются.
     Чем же меня прельстил этот фильм?
     Трудно сказать наверняка. Тем более, что поначалу мне казалось - ничем не прельстил. И лишь по прошествии длительного времени, случайно вспомнив фильм, я обнаружил, что образ Призрачного Гонщика оживает в моей памяти.
     Быть может, дело в личной харизме героя? И в том наивном вызове, который он вздумал адресовать Сатане? Шаблонно и примитивно до крайности - уж Отец Лжи обязан был предвидеть подобное развитие событий и включить его в свою комбинацию.
     Быть может, дело в том, что герой олицетворяет собой идею Справедливости и Мести в одном флаконе?
     Давно и хорошо известен механизм "Стокгольмского синдрома", побуждающий заложников в душе сочувствовать террористам, а кинозрителей мысленно отождествлять себя с главным злодеем фильма. Что есть Зло по сути своей? Расширение своей Свободы Выбора за счёт чужой. К чему мы стремимся в глубине своего существа, как не к расширению Свободы Выбора?
     У Зла есть одно весомое психологическое преимущество - оно может не сдерживаться. А мы ведь так устали сдерживаться перед всем окружающим миром?
     Призрачный Гонщик имеет в своём арсенале это преимущество Зла.
     О да, он вполне контролирует себя, когда избирает очередную жертву для Ада - жертву, на чью душу впоследствии будет обрушена вся тяжесть совершённых ею на протяжении всей её жизни грехов.
     Но в миг, когда жертва уже избрана, необходимость в самоконтроле исчезает. В этот миг Призрачный Гонщик является прямым орудием мести.
     Или справедливости.
     Жертву он в состоянии избрать сам - особенно по окончании показанных в фильме событий, по расторжении контракта с Сатаной. Но уничтожает он её таким способом, какой при желании можно назвать высшим воплощением правосудия, - заставляя её переживать на себе отрицательные последствия всех совершённых ею грехов.
     Таким образом Призрачный Гонщик как бы сочетает в себе несочетаемое, воплощая собой потаённую мечту неисчислимого множества пубертатных зрителей всех народов и времён. Действовать методами Зла - пребывая на стороне Добра. Быть жестоким - ни на шаг не рискуя отклониться от высеченных в граните чётких линий справедливости.
     При этом сам образ Призрачного Гонщика - пылающий скалящийся череп - представляет собой символ неукротимого гнева, жажды отмщения. И одновременно - символ эмоциональной закрытости.
     У черепа нет мимики - кроме намертво закреплённой в оскале.
     У орудия справедливости не может быть своих собственных эмоций - кроме сугубо профессиональных.
     Отказ от себя?
     Безусловно.
     Но поскольку чувство мести, субъективно воспринимаемое как желание восстановления справедливости, превосходно знакомо всем нам - так же как и неоднократно проклинаемая нами необходимость сдерживаться - мы охотно отождествляем себя с Призрачным Гонщиком, над которым не нависает дамоклов меч Неминуемых Последствий.
     Видя в этом не столько "отказ от себя", сколько "обретение себя".
(Leave a comment)

Monday, May 5th, 2008

Относительно магии в фэнтези.

     Кажется, я начинаю понимать, почему Настоящие Крутые Парни редко сочиняют фэнтези. А если и сочиняют, то какие-то доморощенные психологические этюды, в которых магия играет чисто служебную роль.
     Чем ты круче, тем отчётливей ты осознаёшь глубину стоящей перед тобой задачи.
     Придумать мир, в котором действуют заклинания, может любой дилетант. Но настоящему мэтру этого мало.
     Истинный мэтр не успокоится, пока не придумает обоснование, в силу которого эти заклинания действуют.
     Может быть, в силу человеческой веры? Или благодаря тому, что эти заклинания частично являются именами могущественных духов, суть которых тоже нужно объяснить? Или благодаря воздействию определённых звуковых вибраций на неизвестные энергетические поля? Или слова заклинаний являются командами для технологических устройств Древних, которые действуют на любом расстоянии и функционируют до сих пор? Или же все описываемые события происходят внутри виртуальной реальности, а действие заклинаний прописано в командной строке?
     Причём все объяснения, за исключением пятого, порождают новые вопросы.
     Если всё дело в таинственном энергетическом резонансе, то каким образом тогда волшебники могут выдумывать новые заклинания? Ведь вероятность наткнуться на требуемое звукосочетание ничтожна.
     Если всё дело во взаимодействии заклинаний с духами или с технологиями Древних, то возникает вопрос - где предел их могущества? Если волшебникам известны правильные принципы построения заклинаний, то что им мешает сформулировать для духов или для техники приказ уничтожить планету? Если им неизвестны правильные принципы построения заклинаний, то - опять же - как они будут выдумывать новые чары?
     Если всё дело в силе человеческой веры, то вновь возникает вопрос - какой веры? Индивидуальной или коллективной?
     Если сила мага определяется лишь его личной верой, то рано или поздно по законам вероятности и эволюции должен возникнуть Солипсист, глубоко и непреклонно верящий в свою Абсолютную Власть. Ничто не помешает ему уничтожить Вселенную или стать Тёмным Властелином, на чём развитие описываемого Универсума и остановится.
     Если сила мага зависит от коллективной человеческой веры, то наибольшими магическими возможностями должен обладать египетский бог-фараон или Папа Римский - некто, овеянный высшим авторитетом. Хотя противоречий в подобной концепции нет, но проблем в описываемом мире она способна породить массу.
     Этим вопросы не исчерпываются.
     Read more... )
(Leave a comment)

Wednesday, April 2nd, 2008

Ещё о фантастике и реалистике.

    Почему в своё время я избрал фантастический жанр? Или, возможно, вернее спросить, при помощи каких рациональных доводов я обосновал для себя это решение?
    Фантастика - жанр, в котором Содержание пока ещё иногда оказывается важнее Формы.
    Жанр, в котором можно - пока ещё можно - сказать нечто новое. Или поднять наверх старую тему, которую ещё не успели замусолить за тысячелетия. Жанр, в котором социально-ситуационная окантовка, психологические отношения между персонажами и разнообразные стилистические изыски - не обязательно главное в сюжете.
    Разумеется, эту возможность используют не всегда.
    Многие авторы фэнтези - если не большинство из них - концентрируются именно на "психологических отношениях между персонажами" и "разнообразных стилистических изысках".
    От произведений лучших из них читатель отрывается с ощущениями выжатого лимона, не осознавая, что эти изменения в его нервной системе были произведены при помощи довольно примитивных приёмов - примитивных по сути, а не по исполнению.
    Не дающих ничего ни интеллекту, ни эрудиции.
    Ни социуму.
    Кстати, часто принято смеяться над сверхцелью, стоящей перед многими персонажами многих фантастических произведений: спасти мир - или вывести его на новый уровень существования.
    Но, господа, это же естественно. Стремление к раскрытию сильных сторон жанра. Меня скорее удивляют те произведения, где герой, живущий в магическом или сверхтехнологическом мире, занимается всего лишь зарабатыванием денег или спасением собственной шкуры. Стоило писать произведение в жанре Фантастики для того, чтобы ставить перед героем подобные утилитарные цели?
    Правда, приём "спасение мира" за тысячи фантастических романов был изрядно замусолен - и с каждым новым романом герою приходится спасать Мироздание всё более изощрённым образом.
    Но почему бы писателям-фантастам не взяться за противоположную сторону медали - "выведение мира на новый уровень существования"?
    В последние дни её эксплуатирует лишь Никитин и редкие одиночки.

    И какое мне дело до того, в каком мире происходит расследование убийства: в нашем, в магическом или в высокотехнологичном?
    Мне это может быть интересно лишь при условии, что впоследствии события примут больший масштаб. Или если само описание мира окажется необычайно интересным, наводящим на некоторые размышления или пробуждающим некоторые эмоции. При этом следует заметить, что у умного человека эмоции вызвать труднее, чем у глупого, в особенности если не числить в списке желаемых нами эмоций стремление немедленно закрыть книгу и забыть фамилию автора.
    Написание фантастики без необычных идей или мироописания - хотя бы соответствующих формату произведения - это своего рода читерство.
    Паразитирование на той прослойке людей, которые не одарены излишним интеллектом или покупают фантастику лишь от случая к случаю, благодаря чему на них действует завораживающе сам фантастический антураж.
    Именно распространённость подобного рода читерства и служит одной из причин растущего неодобрения к Фантастике, в особенности среди лиц старшего поколения.
    Думайте, на какую аудиторию вы ориентируетесь.

    Иные причины распространённого неодобрения к Фантастике - причины менее возвышенного сорта - носят отчасти эскапический характер: с персонажем фантастического произведения некоторым труднее отождествлять себя, чем с персонажем реалистического детектива.
    Чужая жизнь лучше, чем своя.
    Чужих жизней - больше, в то время как своя - существует в единственном числе. Своя жизнь - безальтернативна.
    Вас никогда, когда вы отводили взгляд от книжных страниц, не удивляло, что при этом вас каждый раз "выбрасывает" обратно в ту же самую реальность с теми же самыми проблемами? Меня - удивляло. При том, что Фантастика, с её подчёркнутым противопоставлением действительности, снижает до минимума риск перепутать пласты реальности.
    А если книга, написанная в реалистическом жанре, даёт ещё и иллюзию возможности изменить свою частную жизнь - в большинстве случаев всего лишь иллюзию - то и вообще...
    Концентрация внимания на подобных жанрах с возрастом объясняется, мне кажется, ещё и тем, что с течением времени человек всё меньше подсознательно верит, что с ним может произойти что-нибудь фантастическое. И всё меньше верит в свою готовность надлежаще отреагировать на это. По крайней мере, у себя я замечаю подобные симптомы, хотя пытаюсь их блокировать. Верить в идеальную романтическую любовь или в возможность личных разборок справедливого мстителя с мафией - в сущности не менее глупо, чем ожидать похищения инопланетянами. К тому же вера второго типа не приводит к смешению пластов реальности, когда человек в реальной действительности надеется на идеальную любовь или находку чемодана с миллионом долларов.
    Но взглянем на ситуацию объективно.
    Что нового можно сказать о людях, о взаимоотношениях между ними? Особенно если мы не Лев Толстой.
    Разумеется, произведение не обязательно должно нести новую идею. Достаточно, если оно будет по-новому освещать хорошо забытую старую. Как фильм "Матрица" оживляет давно забытые в широких кругах дискуссии о пещере Платона. Некоторые темы, на мой взгляд, должны время от времени подниматься наверх, пребывая в топе. Честь и хвала тем, кто следит за этим.
    Но тематика человеческих взаимоотношений недостаточно многовариантна, чтобы заглушить запах прелости. Поэтому произведение, выводящее их на первый план, по определению вторично. И по субъективным ощущениям вторично. Для меня. Для тех, кто успел прочесть достаточное их количество. Существует понятие "порога насыщаемости", и если в фантастической литературе этот порог постоянно поднимается в связи с появлением новых идей, то в "бытописательской" литературе высота его практически неизменна.
    Комбинации отношений между существующими людьми обыграны.
    Качественно новые люди на Земле смогут появиться лишь при использовании средств из арсенала фантастики - как научной, так и не очень.
    Кроме того, то, что называют "настоящей жизнью", во многом скучно и само по себе. Мало кто из диктаторов, познавших "настоящую жизнь" до донышка и научившихся использовать её правила, по-настоящему счастлив.
    А учёные, которые не разбираются в "настоящей жизни", благодаря чему их легко обводят вокруг пальца разнообразные жулики, а живут своей абстрактной наукой и философией, зачастую до смертного одра сохраняют оптимизм и живость мышления.
(Leave a comment)

Tuesday, April 1st, 2008

О геронтократии, разуме и жизненном инстинкте по Веллеру.

    Кинутый мною взгляд на обложку романа "Основание", запечатлённую в Википедии и изображающую пожилого человека в царственном кресле, случайно вызвал из недр моего подсознания некую мысль, которую мне давно хотелось выразить словами.
    Мысль, связанную с произведениями Азимова, точнее - с полнометражными его произведениями. А ещё точнее - с персонажами, в этих произведениях участвующими.
    Произведения эти характерны тем, что в них чаще действует разум, чем порыв. Персонажи редко бывают импульсивны, а если и бывают, то даже импульс их повинуется логике. Для себя читатель может объяснить это тем, что десятки тысячелетий, отделяющих нашу эпоху от того времени, в которое разворачиваются события произведений Азимова, не могли не повлиять на человеческую природу.
    Миры Азимова геронтократичны.
    Правящие в них элиты часто состоят из людей старшего возраста, умеющих усмирять свои импульсы и направлять в нужное русло импульсы молодых. Этим описываемые миры до некоторой степени напоминают поздний Советский Союз.
    До некоторой степени эти миры сциентократичны - хотя и не всегда. Описываемые автором миры не могут существовать без науки? Едва ли дело только в этом. Если уж на то пошло, наш мир тоже не может существовать без науки. Тут, скорее, дело в том, что в описываемых автором мирах на протяжении тысячелетий статус учёного был престижным, что отразилось даже на естественном отборе.
    Выражаясь языком Веллера, в описываемых автором мирах восторжествовала низкоэнергетическая политическая формация. Вялые политические распри, вялые военные конфликты, отточенный интеллект.
    Почему её не уничтожили конкуренты? Внешний или внутренний враг?
    Можно просто сказать: "Так всё сложилось" - в множественном переплетении судеб и вероятностей существуют все вообразимые варианты. Можно предположить, что на стадии формирования сложившейся системы отношений высокоэнергетичность по каким-то причинам на долгое время стала гибельным фактором.
    Если вдуматься, геронтократия - не самый плохой вариант политической системы, если исключить аберрации вроде старческого маразма.
    Вариант, проверенный временем.
    Способ рационализации и утилизации "жизненного инстинкта по Веллеру". Рационализации и утилизации на что? Иными словами, если мы отвергаем навязанный нам Свыше смысл жизни, то что мы принимаем взамен? И сможет ли наш выбор обеспечить наше выживание?
    Ответа не будет. Как всегда после перечитывания произведений Веллера, я ощущаю некую смутную раздвоенность, которая заставляет меня вернуться к немного наивной гипотезе, прочитанной недавно на одном эзотерическом сайте. Гипотезе, согласно которой разделение человеческого мозга на левое и правое полушария не является случайным, а человеческое сознание - оно же специфика левого полушария, оно же вторая сигнальная система - было внедрено в человеческий мозг извне. Согласно сей гипотезе, раньше левое полушарие просто дублировало функции правого.
    Как эта гипотеза согласуется с энергоэволюционизмом Веллера?
    Никак. Я её не согласовывал. Просто я ощущаю в себе некую смутную раздвоенность, мешающую мне поверить, что "я как личность" и "вселенноразрушающий жизненный инстинкт" - единое целое.
    Почему я назвал жизненный инстинкт "вселенноразрушающим"?
    Видите ли, согласно концепции Веллера - которую он излагает гораздо более подробно и подкрепляет вескими доводами - человек стремится к максимальным ощущениям, положительным и отрицательным. И это его субъективное стремление - объективно и в среднем - приводит к изменению окружающего мира. Субъективно стремясь к изменению внутреннего бытия, объективно человек меняет бытие внешнее. Основной инстинкт человека - преобразование действительности.
    Усиливающееся изменение мира - высвобождение всё больших количеств энергии - в абсолютной глобальной перспективе должно привести к уничтожению Старой Вселенной и одновременному созданию Новой Вселенной. К Максимально Возможному Действию. К Большому Взрыву - и спасению мира от энтропии.
    Чем объясняется дуализм жизненного инстинкта и сознания, которое упрямо не хочет принимать перспективу, навязываемую первым?
    Жизненный инстинкт "специально" создал сознание в качестве "мальчика для битья" - в целях получения максимальных ощущений?
    Возможно. Но этим жизненный инстинкт дистанцировал сознание от себя - ведь невозможно идти на страдания осознанно, по крайней мере, на крупномасштабные страдания и без веской причины. И, если жизненный инстинкт дистанцировал сознание от себя, не означает ли это, что теперь мы - хвост и собака, вершина и айсберг - находимся по разные стороны баррикад?
    Я антропоцентрист до мозга костей, и особенно чётко я это ощущаю, перечитывая произведения Веллера.
    Подобно тому парню из мира Пратчетта, который в грозу разгуливал со шпагой над головой, выкрикивая: "Все боги - сволочи!"
    Может ли хвост вильнуть собакой?
    Могут ли люди из рациональных соображений когда-нибудь изменить себя, переделать своё нутро? Если бы эта возможность в корне отсутствовала, то не было бы самого этого стремления, выраженного в набираемых мною сейчас буквах. Вопрос в том, каких людей окажется больше: подобных мне - или слепых слуг жизненного инстинкта. И какие люди окажутся сильнее. И чья сила окажется лучше организованной.
    Если победит жизненный инстинкт, нашего мира больше не будет.
    Если победит побочное преломление жизненного инстинкта, не вполне правильно воспринимаемое нами как "разум", то жизни в старом понимании больше не будет. Управляющий разумными существами Категорический Императив будет изменён. Вселенной придётся искать иные пути борьбы с энтропией.
    Если бы победа "разума" была возможна, то не было бы Большого Взрыва?
    Существование Вселенной доказывает, что поражение "разума" в этой битве детерминировано?
    Вообще-то не обязательно. Если принять многомировую интерпретацию квантовой механики, согласно которой любая вероятность реализуется в одном из состояний Вселенной - в одном из "параллельных миров" - то наряду с бессчётным множеством миров, где победу всегда одерживал жизненный инстинкт, существуют и те миры, где победу одержал "разум". Поскольку разумная цивилизация может начать своё существование только в мирах первой категории, то вполне понятно, почему мы ощущаем себя именно в этом мире.
    Существует и другой вариант спасения, то есть такого положения дел, при котором победа "разума" не противоречит существованию Вселенной.
    Связанный с довольно бредообразной концепцией физика Фрэнка Типлера, согласно которой Вселенная перед финальным сжатием начнёт пульсировать со всевозрастающей скоростью, попирая световые и прочие барьеры, благодаря чему Разум - который по мнению Типлера достигнет к тому времени немеряных высот - сможет превратить осциллирующее Мироздание в гигантскую вычислительную машину, моделирующую виртуальную реальность во всевозрастающем темпе. Таким образом, объективно просуществовав лишь несколько мгновений перед Финальным Сжатием, субъективно Разум получит в своё распоряжение бессчётное количество времени.
    Лично мне эта концепция кажется абсурдом, но я недостаточно компетентен для достоверной её оценки.
    Как многомировая интерпретация квантовой механики, так и концепция доктора Типлера в настоящее время не имеют достаточных доказательств.
    И будущее в любом случае неопределённо.
     _____________________
     * Возможно, Вы уже прочли "Кассандру" Михаила Веллера. В этом случае я рекомендую Вам прослушать песню "Паззл" группы "Паззл", чтобы максимально проникнуться эмоциональным настроем изложенной в этой книге философии.
(Leave a comment)

Thursday, March 20th, 2008

О просмотре линий вероятности.

    Некоторые писатели-фантасты описывают в своих произведениях такую вещь, как просмотр линий вероятности или ознакомление с альтернативными вариантами грядущего.
    Это понятие - зародившись, по всей видимости, ещё у Борхеса - впоследствии перекочевало в околонаучно-популярную и эзотерически-философскую литературу, примером чего может служить небезызвестный "Трансёрфинг реальности" Вадима Зеланда. В целях его обоснования подчас привлекают высший разум, информационные поля и многомировую интерпретацию Эверетта.
    Я не буду рассматривать вопрос с физической стороны. Я для этого недостаточно компетентен. В конце концов, многомировая интерпретация квантовой механики действительно говорит о множественности нашего будущего - хотя и умалчивает о возможности его наблюдать.
    Вместо этого я коснусь сугубо логической стороны вопроса - для чего мне не потребуется каких-либо особых знаний. При бытующих в околонаучной и околоэзотерической среде рассуждениях на указанную тему часто допускаются одни и те же логические ошибки, что и подтолкнуло меня к написанию этого текста.
    Что есть "просмотр линий вероятности"?
    Начнём с того, что речь идёт о физически реальных объектах - независимо от их материальности или идеальности, поскольку терминология последнего рода весьма условна. Увидеть можно лишь то, что существует - и существует в полном объёме. Если бы речь шла лишь о грубых моделях будущего, то это называлось бы не "просмотром линий вероятности", а "просчётом потенциальных последствий" - или как-нибудь ещё.
    Если Вы наблюдаете одну из линий вероятности и себя на ней в крайне неприятном положении, то Вы сможете избегнуть этого варианта будущего.
    Но исчезнет ли он?
    Непосредственно наблюдать будущее или прошлое можно лишь при условии, что часть нас мысленно вышла за пределы Времени. Прошлое, настоящее, будущее - в каком числе бы они ни существовали - становятся для Вас чем-то наподобие ряда застывших кинокадров. Пусть этот ряд нелинеен - разветвляясь в разные стороны рулонами кинолент. Но может ли уйти с застывшего кадра запечатлённый на нём персонаж?
    Отсюда следует, что тот вариант Будущего, которого Вам удалось избегнуть, продолжает где-то существовать.
    И продолжает существовать Ваш двойник, находящийся в той неприятной ситуации, которой лично Вам удалось избегнуть.
    Здесь возникает вопрос: почему ему не удалось избегнуть этой ситуации тем же путём, что и Вам? Ведь у Вас и у него единое прошлое - почему же он не воспользовался своей способностью к просмотру линий вероятности, чтобы избегнуть неприятного развития событий?
    Существует два способа объяснить наблюдаемый парадокс.
    Read more... )
(Leave a comment)

Friday, February 29th, 2008

Является ли "Матрица" киберпанком?

    В основном все протесты против причисления фильма к сему "благородному" жанру базируются на утверждении, что панк непременно должен быть аморален. Асоциален. Эгоистичен. И, уж конечно же, ни один панк никогда добровольно не станет спасать мироздание.
    Но так ли это?
    И, даже если это так, сводятся ли определяющие черты панка именно к эгоизму и аморальности?
    Лично я осмеливаюсь утверждать, что это и близко не соответствует истине. Определяющие черты панка - бунтарство и нонконформизм. Что касается внимания к нуждам другого, то оно до некоторой степени присуще панкам, о чём может свидетельствовать афоризм: "Панки нравственны, но не моральны".
    Свойственны ли персонажам "Матрицы" эти черты?
    До некоторой степени - да.
    Нео - бунтарь и нонконформист по отношению к фальшивому миру Матрицы. Как могут помнить зрители, фильм начинается именно с отображения антисоциальных сторон жизни программиста Томаса Андерсона в Системе. И не случайно агентам Системы придан вид государственных служащих.
    Следует заметить, что персонажи "Матрицы" вполне лояльны к миру Зиона - к миру Истинной Реальности.
    Выводит ли это их за пределы вышеозначенного панковского определения?
    Не думаю.
    Панк вполне может быть лоялен по отношению к своим друзьям и близким. А Зион в целом - вспомните эти ржавые "стальные пещеры", эти дикие пляски и факелы, эти доверительные речи Морфеуса - очень сильно напоминает любую молодёжную коммуну.
    Жители Зиона - тоже своего рода нонконформисты и бунтари.
    Только против них выступает не иллюзорный мир Матрицы, как против бывшего программиста Томаса Андерсона, а вполне реальный Мир Машин - превосходящий их размерами и боевой мощью. По этой причине в Зионе не так много межличностных конфликтов - что в целом нетипично для молодёжной коммуны.
    Общая угроза объединяет.
    "Но ведь так можно назвать панками и каких-нибудь кубинских партизан, сражающихся против государственной системы?"
    Если не брать в расчёт дополнительные признаки - можно было бы.
    Но для того по фильму и разбросаны многочисленные намёки - специфическая одежда персонажей, разнузданное поведение жителей Зиона, подчёркнуто официальные манеры агентов Матрицы - чтобы под поверхностью мы могли увидеть суть. Противостояние немногочисленных носителей Свободы - и фальшивого искусственного Мира Порядка.
    Неустойчивые эмоциональные люди - против расчётливых бесстрастных компьютеров.
    Импульсивная порывистая молодёжь - против лицемерного мира взрослых.
    Аналогий можно провести множество.

    И здесь мы вынуждены задаться вопросом: по какой причине причисление данного фильма к киберпанку порождает столь нездоровый ажиотаж? В чём причина лавины протестов? В отвращении к вышеупомянутой кинотрилогии и в нежелании видеть её среди представителей своего "любимого" жанра?
    Только ли?
    Осмелюсь предположить, что корень проблемы гораздо глубже. В желании видеть лишь одну сторону понятия "панк" - асоциальную и аморальную.
    Ту сторону, которая в действительности является скорее производной от определяющих черт панка.
    Именно поэтому фильм, в котором панки не просто проявляют эмоции солидарности, но и рискуют своей шкурой ради других, оказал эффект, сравнимый с действием красной тряпки на быка. Именно поэтому он вызвал массу критических откликов со стороны тех, кто видел в слове "панк" лишь индульгенцию на действия по принципу "Люби себя и плюй на всех, и в жизни ждёт тебя успех".
(Leave a comment)

Thursday, February 14th, 2008

По ходу чтения "Технокосма".

    Интересно получается.
    Читаю - перечитываю - книгу Александра Лазаревича "Технокосм". Если рассматривать сюжет книги серьёзно, не делая скидок на предполагаемую наивность автора, то можно сделать несколько любопытных наблюдений.
    I. Qualia.
    Описываемая в романе могущественная межзвёздная мультикультура Технокосма, решившая проблему переноса сознания на машинный носитель и создания универсального межцивилизационного языка, так и не смогла решить проблему qualia - субъективных атомарных переживаний.
    Для существования на машинном носителе сознанию представителя Технокосма требовался специально обустроенный псевдомир - виртуальная реальность, приспособленная к его ощущениям.
    Это означает, что они так и не научились менять схему ощущений разумного существа.
    К примеру, они не смогли бы модифицировать человеческий разум - таким образом, чтобы он, при сохранении своей самоидентичности, мог воспринимать впридачу к трём основным цветам ещё один.
    II. Слияние сознаний.
    Хотя многие представители Технокосма разделяют своё сознание на множество параллельно функционирующих копий, чтобы потом на расстоянии обмениваться опытом, однако в книге не упоминается о том, чтобы воспоминаниями пытались обмениваться изначально разные индивидуумы. И это при том, что сознания большинства представителей Технокосма записаны в одном формате.
    Техническая сложность? К примеру, для обмена поздними воспоминаниями ранние воспоминания участников обмена должны быть идентичны?
    Или - моральный запрет?
    III. Традиция против Просвещения.
    Несмотря на то, что Технокосм - в привычном стиле произведений Лазаревича - противопоставляет себя традиционализму и консерватизму, он сам несёт некоторые черты традиционалистской культуры.
    Здесь мы наблюдаем некоторый парадокс, уже неоднократно замеченный многими мыслителями нашей собственной планеты: "Демократия должна уметь себя защищать", "Добро должно быть с кулаками", "Цель оправдывает средства".
    Он попускает и поощряет разнообразие - но лишь в пределах установленной им политики безопасности. С другой стороны, к этому же самому стремится и любая традиционалистская культура. Кто может гарантировать, что со временем не появятся ещё более ярые сторонники Прогресса, с точки зрения которых сам Технокосм будет ультра-консервативной и тормозящей структурой?
    Что делать.
(Leave a comment)

Thursday, January 31st, 2008

О темпах субъективного времени.

    В космических операх, как и вообще в научной фантастике, зачастую описываются разумные существа самых разных форматов и типов, с самыми разными средствами общения и способами восприятия действительности, придерживающиеся самых разных правил поведения и ценностных систем. Разумный океан Соляриса, роботы и метаморфы, энергетические медузы и агрессивный туман.
    Но при всём при этом все эти разновидности инопланетян обычно имеют одну общую черту.
    Темп субъективного времени.
    Это можно объяснить стереотипностью мышления. Человеческий вид сформировался с приблизительно одинаковым чувством времени; секунда белого человека практически равна секунде негра или секунде эскимоса.
    А вот для той же мухи наша секунда во много раз длиннее. Поэтому мухи свободно уворачиваются от наших мухобоек, и лишь крайне низкая степень их интеллекта порою позволяет нам одержать верх над ними.
    Разве инопланетяне не дальше от нас, чем мухи?
    По идее, скорость восприятия времени должна существенно варьироваться для разных цивилизаций Галактики. Однако я припоминаю очень мало фантастических произведений, где бы учитывался этот аспект. Да и в тех произведениях, где он учитывается - вроде рассказа "Изображения не лгут" Кэтрин Маклин или серии "Мир номов" Терри Пратчетта - он является в какой-то степени сюжетообразующим, то есть вокруг него сплетаются происходящие события. Нет произведений, где этот фактор просто упоминался бы, как самоочевидная и второстепенная вещь.
    Даже у Лема инопланетяне обычно мыслят с такой же скоростью, как и люди.
    Если же скорость мышления и различается - то непременно в тысячи раз, причём это различие является сюжетообразующим.
(Leave a comment)

Monday, January 21st, 2008

Эгоутопия.

    Придумал новое обозначение для старого литературного направления.
    Придумал чисто случайно. Размышляя о тех часто встречающихся фэнтезийных или научно-фантастических произведениях, где весь окружающий мир словно специально помогает главному герою. Делает всё возможное - и даже невозможное - для того, чтобы возвысить его "Я".
    Поиск в Google показал, что никто до меня не додумался до этого неологизма. По крайней мере, публично. Сие особенно удивительно, если вспомнить, что произведения в жанре эгоутопии всегда существовали и будут существовать. И это вовсе не обязательно - бесталанные мэрисьюизмы. Это и "Лабиринты Ехо" Макса Фрая, и женские любовные романы, и некоторые иронические детективы - в то время как ближе к финалу эгоутопией становится практически любое произведение.
(Leave a comment)
Previous 20